Гладиаторы

– Ну и задачки у вас, барин, – проворчал Матвей, пытаясь вспомнить всё, что когда-либо где-то слышал о ситуации за границей.

– И всё-таки.

– Ладно. Попробуем. Если исходить из того, что я знаю о пришельцах, их тактике и жизни за границей, то там полный хаос. Плотность населения там всегда была высокая, жили чуть ли не друг у друга на головах. Значит, если выжившие сумели, наконец, похоронить своих погибших и попытались оглядеться, то результат этого действа их не обрадовал. Страны в развалинах, инфраструктуры нет, жить негде, жрать нечего, с топливом, газом, углём и другими ресурсами проблемы.

"Потом какая-то умная голова вспомнила, что всё это есть на востоке, и решила организовать большой поход за всеми этими вкусностями. Что называется, у нас нету, а у вас много, значит, надо делиться. Как в той хохме, господь велел делиться, сказала амёба и разделилась пополам. В общем, если я ничего не перепутал и ваши данные верны, то мы в очередной раз оказались на пороге грандиозного шухера.

– Так и думают, – кивнул Лоскутов с одобрительной усмешкой. – Умеешь ведь, когда хочешь.

– Что? Неужели угадал? – удивился Матвей.

– Не в бровь, а в глаз. Всё так и обстоит. Они там уже до самой настоящей работорговли дошли. Регулярно пытаются через границы прорваться, но наши их быстро в чувство приводят. При помощи пулемётов. Самая большая ценность – еда. Фермеры свои поля и загоны при помощи наёмников защищают. Правительств почти нет.

– Ну, это смотря, кто, – проворчал Матвей, прихлёбывая кофе. – Если боши или голландцы или тому подобные французы, то пойдут по суше, а если наглы или скандинавы, то эти по морю попрут.

– Почему? – быстро спросил генерал.

– Больше пространства для манёвра. И тех и других на суше легко остановить можно, если прямиком через границы пойдут.

– Нет у них проблем с оружием. Теперь его у всех хватает, – скривился генерал.

– Зато топлива для кораблей нет. В общем, всё это гадание на кофейной гуще, а не аналитика. Откровенно говоря, я вообще не понимаю, зачем вам весь этот бред.

– Это, Матвей Иванович, не бред. Это совсем даже не бред, – задумчиво отозвался Лоскутов.