Его нежеланная графиня

Далеко не каждый станет добиваться своего с таким упорством. И если на Лианну не действуют уговоры и увещевания, может ее встряхнет встреча с главным своим «недругом»?

* * *Джер действительно не собирался уходить. И знал, что из Арельсхолма его смогут выставить только силой. От долгой неподвижности и от напряжения ныли колени, но мальчишка лишь сильнее стискивал зубы, стараясь не обращать внимания на боль.

О болезни виконтессы он узнал случайно. Услышал самый конец разговора отца и графа Арельса, который внезапно нанес визит.

Ляля. Лия. Лианна Арельс. Ему нужно было увидеть эту несносную девчонку. Потому что в ее болезни был виноват только он. Это он сорвал с ее головы шарф. Он дразнил ее, тем самым заставляя за собой гоняться. И если с ней теперь что-то случится…

От одной этой мысли сердце пропустило удар, а глаза противно защипало.

— Так ты все еще здесь? — разнесся вдруг над залом женский голос.

Графиня Арельс, прекрасная леди, которой почему-то так восхищался отец, сейчас смотрела безо всякой симпатии.

— Ваше сиятельство, прошу… Я сделаю все, что угодно, только разрешите сказать виконтессе несколько слов…

Алесия внимательно посмотрела на паренька. И подозрение, которое зародилось еще давно, превратилось в уверенность. Вообще, она не была сторонницей мнения, что мальчишки дергают девочек за косички из чувства любви. Чаще всего, это банальное хулиганство.

Однако в конкретном случае все не так просто. Ведь это не Морес стоит тут на коленях, умоляя о встрече. Не Морес примчался сюда, плюнув на все правила приличия. Похоже, Лианна выбрала не того.

Хотя, тут только Мореса не хватало для полного «счастья». Она выдохнула.

— Хорошо, я позволю тебе ее навестить. И очень надеюсь, что от встречи с тобой виконтессе не станет хуже.

Встать с первой попытки Джер не смог. Забившиеся ноги сперва отказывались слушаться, а потом так принялись дрожать, что устоял паренек лишь благодаря графине, которая предложила локоть.

В комнату к больной паренек входил со странной смесью надежды и робости. Вдруг виконтесса не так уж и больна, а он просто выставит себя сейчас в глупом свете?

Но стоило ему увидеть бледное лицо и услышать сдавленное дыхание, как все посторонние мысли улетучились сами собой. Джеральсон медленно приблизился к постели.