Его нежеланная графиня

— Дык это, а вдруг и правда был приказ? — конюх переступил с ноги на ногу. — А лезть в господские дела мне невместно.

— Значит, Торенс сказал тебе, что заморозил лестницу по просьбе графини? — спокойно подвел итог Нортман.

Парень кивнул. А Лайон вновь вскинул голову, уж не собирается ли граф Арельс обвинить во всем жену? По его лицу сложно было что-то понять.

— Уж не думаете ли вы, что…"

"— Граф Бартон. — осадил его мужчина. — Насколько помню, вы обещали не вмешиваться. Михаль, это все, что я хотел узнать. Но тебе придется задержаться в камере, пока я не побеседую со второй стороной.

Конюх согнулся в поклоне. О том, что придется еще некоторое время посидеть под замком, он не жалел. Да, скучновато. Зато работать не надо. А что его выпустят, парень даже не сомневался. Правда ведь на его стороне.

А вот Лайон был не слишком доволен. И когда они вышли в коридор, смерил Арельса ледяным взглядом.

— Надеюсь, вы понимаете, что моя сестра не стала бы отдавать такой приказ?

— Я собираюсь опираться не на эмоции, а на факты.

Лайон в красках представил, куда собеседник мог бы засунуть свой совет. И только воспитание не позволило ему произнести это вслух. А так хотелось…

Нортман, тем временем, подошел к дальней двери.

Вторая камера ничем не отличалась от первой. Такой же чайник, груда одеял. Только лакей выглядел совсем расклеившимся. И буквально сразу бросился на колени, прося о милости.

— Ваше сиятельство, клянусь, я ни в чем не виноват. Меня оговорили!

Лайон скрестил руки на груди и посмотрел на лакея с заметным отвращением.

— Встань. — приказал он. — А теперь расскажи, что произошло. Спокойно и по порядку. Лично я пока тебя еще ни в чем не обвиняю.

— Ваше сиятельство, благодарю! — Торенс нервно дернул головой и опустил взгляд. — Это все конюх, это он облил водой лестницу, а потом объявил, что это сделал я! Мне бы и в голову не пришло… Я всего лишь жертва клеветы!

— Зачем же Михалю понадобилось тебя подставлять? — Нортман говорил спокойно, и даже дружелюбно.

— Только не гневайтесь, ваше сиятельство… — торопливо заговорил он, — Знаю, я должен был рассказать об этом сразу, но я боялся. Маленькие люди вроде меня платят за подобные тайны жизнью. Дело в том… — он судорожно сглотнул, — что ее сиятельство… ох, даже не знаю, как произнести это вслух. Словом, они давно уже состоят с этим конюхом…

— Что ты несешь? — вспыхнул Лайон.