Его нежеланная графиня

На вопросы отвечайте, что мой приказ. Остальным слугам о причинах не говорить.

Конюхи, понятливо кивнув, улетучились. Экономка тоже поднялась со своего места.

— Ваше сиятельство, я не понимаю… — растерянно произнесла она. — Торенс всегда был таким хорошим мальчиком. Услужливый, вежливый, не боится никакой работы.

Алесия прищурилась.

— А как давно он работает в Арельсхолме?

— Да уже несколько лет. — Тария потерла лоб. — Когда первая леди Арельс умерла, мир ее памяти, его сиятельство заменили в замке почти всех слуг.

— Дядя?"

"— Да-да, Эгар Арельс. Он сам не смог приехать на похороны, но так искренне старался помочь с поиском новой прислуги.

— Ммм… — услышанное заставило женщину нахмуриться. — А кроме Торенса, Эгар кого-нибудь еще предлагал?

— Конечно, — закивала экономка. — Человек десять точно было.

— Что⁈ — Алес заставила себя неслышно выдохнуть. Не слишком-то приятно узнать, что вокруг самое настоящее гадючье гнездо.

— Ну я и выбрала двух ребят поприличнее, и девицу еще, Самею. Она, в основном, при прачечной помогает, хорошая девушка, исполнительная. Правда перед самыми снегами попросилась в город на несколько дней, и пока еще не вернулась. Видимо дороги замело, такое и раньше бывало пару раз.

Алесия допрашивала экономку еще минут пять. И мысленно кляла себя, что летом не устроила детальное собеседование для всех слуг.

Спросила она и про Эгара. И почти сразу поняла — зря. Тария в этом плане оказалась ничуть не лучше Лианны, и буквально рассыпалась в похвалах. Если верить ее словам, Эгар был благородным, вежливым, умным, никогда не позволял грубости. Всегда улыбался, любил подшучивать над старым графом. Всем желал только добра.

Словом, правильный человек старой закалки.

— Достаточно, я тебя поняла. — Алесия пару секунд помолчала, мысленно взвешивая принятое решение. — Значит так, того лакея под замок. Девицу, как вернется, тоже.

— Ваше сиятельство… — экономка хлопнула белесыми ресницами. — Да за что же…

— Пока еще не за что. Но я не хочу, чтобы еще кто-то из них бросил тень на славное имя дяди моего мужа. — иронию Алес оставила при себе, а до Тарии, наконец, дошло.

— Ох, ваше сиятельство, конечно же, вы правы.