Конфетка для сурового босса. Судьбу не обмануть

 – И телефон… И…

– Боже, что за глупости?

Хоть я не вижу, но представляю, как он закатывает глаза.

– Из-за такой ерунды плакать. Солнце, не реви, я тут. Давай зайдём внутрь.

Ноги не передвигаются, и Динар сам заносит меня в квартиру. Я не пытаюсь её рассмотреть, уткнувшись носом в стальную грудь. Плевать на интерьер. Меня беспокоит совсем другое. Несправедливость, обида и жуткое желание разбить нос Паше. Да, захотелось сделать это только сейчас. Потому что если бы не он… я бы не рыдала. Спокойно постучала бы в соседскую квартиру, позвонила Юсупову.

А потом мы бы вместе удивились, посмеялись – и всё…

– Милка, мне нравится тебя держать в объятиях, но боюсь, с меня скоро спадёт полотенце, – отшучивается он, встав посреди коридора. – Поправлю?

Я киваю, отлипая от него на несколько секунд. Пока он перевязывает бедную тряпку, я шмыгаю носом и пытаюсь прикрыть опухшее лицо волосами. А когда мельком вижу себя в зеркале… сипло выдаю:

– Можно я умоюсь?

– Конечно. Сюда.

Подталкивает меня в сторону.

Получается, пока у него дома такая роскошь, в нашей квартире он ютился в той небольшой ванной… Всё же какое различие обстановки на одном этаже.

Безумно приятно… Ради нас он частично отказался от комфорта.

– Я поставлю чайник. Сделаю тебе чай с лимоном. Пока умойся, можешь искупаться. С квартирой разберёмся позже, хорошо? Когда расскажешь, что случилось.

Я коротко киваю. Стараюсь не смотреть на Юсупова. Он выходит – и я сразу бегу к холодной воде.

Сегодня день явно не задался для романтического ужина… Да и вообще для всего.

Если с квартирой всё решилось хорошо, то всё равно огромный ком разочарования скапливается в груди, собираясь вот-вот лопнуть.

Плескаю холодную воду в лицо. Бодрит. Приводит мысли в порядок.

Паша сказал, что Динар его избил. Я видела его костяшки, и это правда.

Значит, он уже знает, что Ева – не от Паши.

Опять чуть не плачу.

Почему такому хорошему человеку на пути встретилась я, а? С косяками, шагающими за мной вслед.

Вздохнув, веду пальцами по волосам и смотрю на себя в зеркало.

Снова загоняешься, Милана. Ищешь в себе изъяны.

«Динару ты понравилась без твоих тараканов в голове», – говорю сама себе.

Нужно перевести дыхание. Прогнать накатившую меланхолию.