Дочки-матери

Сначала надо доказать, что мне можно доверить ребенка. Нужно быть готовыми к тому, что к нам в дом начнут ходить всякие комиссии, проверять, подходят ли у нас условия. Тебя тоже спросят, не против ли ты. Понимаешь?

– Я, наверное, не против, – медленно сказал Сенька. – Мы же с тобой забрали Веньку, когда его из дома выкинули. Он же породистый кот, мейнкун, а выглядел тогда, как… – он помолчал, явно подбирая подходящее слово, – как беспризорник. Шерсть вся свалялась, бока впали, он такой голодный был, что прямо больно смотреть.

Натка вдруг пожалела, что не догадалась во время визита сфотографировать девочку на телефон.

– Красивая, – кивнула она. – Костя мне сразу сказал, что она на ангелочка похожа. У нее волосики беленькие, вся голова в кудряшках. А глаза синие-синие и такие большие, словно в озеро смотришь.

– Породистая, значит.

В голосе сына Натка расслышала плохо скрытую тревогу за собственную территорию, которую, возможно, предстояло с кем-то делить.

– Думаю, нет, – быстро отреагировала она. – Твоя комната – только твоя. Ты уже взрослый мальчик со своими делами и секретами, а она маленькая девочка, которой нужны куклы и прочие девчачьи приблуды.

Она вдруг спохватилась, что действительно об этом не думала, а ведь комиссия из органов опеки может прийти уже скоро. Натка сделала себе зарубку на память – обсудить этот вопрос с Костей. Вполне возможно, что и квартиру придется менять. В конце концов, у нее есть своя, а у капитана Таганцева своя – вполне достаточно, чтобы объединить их в более основательную жилплощадь, где у всех может быть по своей комнате.

Решение усыновить ребенка обрастало все новыми проблемами, которые еще только предстояло решить.

– Сень, главное, что тебе надо знать, так это то, что с появлением в моей жизни Кости в качестве мужа и Насти я не стану любить тебя меньше. Даже на капельку меньше не стану. Этого ты не должен бояться.

Теперь Сеня глядел на нее с таким удивлением, что Натка вдруг испытала острый укол облегчения.