Днк, или Верни моего ребёнка!

— Другое дело, — улыбнулась Марта. — А то совсем не хотел есть. Я уж переживала, что уснёт голодный.

Филипп съел всю смесь, что находилась в бутылочке.

Потом он устало потёр кулачками свои глазки и, широко зевнув, снова начал хныкать.

Пришло время менять памперс.

— Сейчас, мой родной. Сейчас папа всё сделает, и тебе будет хорошо, — сказал ласково и стянул с него памперс.

Надел на Филиппа чистый подгузник, а потом принял из рук Марты пижаму. Уверено, но мягко засунул его ручки и ножки в синий крохотный костюм. Застегнул на рубашке пуговки, натянул на него штанишки и, подняв сына, начал разглаживать пальцами его светлые волосы.

Нет нужды говорить, что Марта, Ника и та несчастная женщина были забыты.

— Филипп, ты — мой сын! — восторженно и гордо сказал я.

— Конечно он ваш, а чей же ещё! — рассмеялась Марта.

Вздохнул и кивнул. На мгновение забылся и едва не произнёс вслух то, что не должна слышать ни одна живая душа.

— Да, он мой, — повторил также уверено и повернулся к Марте. — Идите, отдыхайте. Я сам уложу Филиппа.

Марта уже привыкла ко мне и моим приказам, и знала, что я ненавижу самовольность и импровизацию, даже если это исходит из благих намерений. Каждый должен знать своё место, выполнять свою работу и делать так, как я говорю.

Раньше, Марта протестовала и пыталась навязать свою помощь, но после детального и красноречивого разговора, она поняла, как нужно вести себя в моём доме — подчиняться моему слову. Если я сказал, иди и отдыхай, то я не желаю при этом слышать, что она не устала и может помочь…

Теперь Марта чётко выполняла мои указания.

Когда дверь за ней закрылась, я полностью сосредоточил своё внимание на сыне.

Долго глядел на красивого ребёнка и всё-таки решил про себя, что я должен, просто обязан сделать тест ДНК, чтобы точно знать…

Потому что внутри меня сидела и грызла маленькая червоточинка, или же, это была слепая надежда, что Филипп всё же мой ребёнок, а вся та чушь на диктофоне – это слова женщины, которая тронулась рассудком на фоне своей болезни.

Определённо, я должен знать наверняка!

— Да, так и сделаю, — пробормотал едва слышно, укачивая Филиппа на своих руках.

— Ты – мой, — повторил ему. — А я никому не отдаю ничего и никого из того, что считаю своим. Так было и так будет. Всегда.

Перед глазами снова встало лицо той несчастной женщины.

«Чёрт!»

Закрыл глаза и решил:

«Сначала сделаю тест.