Дикая фиалка Юга

Аделина ее ни разу не видела и не знает. Но какая- то странная была девица Лафойе! Она дралась! Представьте себе! Со здоровым пьяным бугаем, хлеставшим кнутом какого- то мальчишку и его пони. Они все это увидели с крыльца таверны и поспешили уйти. Не дай Господь, в Говарде проснется джентльмен и он вмешается в драку. Хотя это и вряд ли. Но вдруг??"

"И вот свежие новости. Она опять уставилась в большое окно. Там Аделина вовсю кокетничала с обоими молодыми людьми. Ишь ты, осмелела! А то поначалу все скромницу из себя строила, глазки в пол, слова лишнего не скажет.

А сейчас вон как разошлась, пока она, Глория, не видит. Ох, не нравится ей это! Да и подруга, миссис Гастингс, как- то очень уж охотно отправила дочку к ним. И приличной родословной за Аделиной нет. Уж не поторопилась ли она, Глория, с новой помолвкой? Надо хорошенько подумать!

***

Пришедший наутро Годар оглядывал флигель с любопытством. В качестве господского дома он его ещё не видел. Все мои домочадцы и приходящие работники были заняты своими делами.

Поль продолжал вскапывать гряды на огороде, а рано утром он подмел весь мусор со двора и разобрал его, на то, что можно сжечь в плите, что закопать в ближайшем овраге. Николя чистил хлева. Утром подходил ко мне с предложением ремонтировать конюшню и загон для лошадей. Заодно сообщил две новости. Наша Буланка, оказывается, жеребая, дитенок у нее будет. Пони Лаки уже хорошо держится на ногах, хотя рубцы, конечно, ещё не зажили. Ест он с большим аппетитом, видно, что несчастная коняшка недоедала. И то, что надо бы купить овса лошадям. Дарки показывает характер, попав в родную конюшню. И что Николя нигде не может найти дамские седла. А их должно быть, как минимум, два - для кобылы миссис Мэри, и для лошадки мисс Вайолетт, то есть меня. Да и самых лошадок нет.

Но тут Николя меня просветил - всех лошадей забрали нордлинги, а коров и птицу живьём забрали. Забили на мясо только свиней. Дарки и та злополучная корова уцелели только потому, что скотник успел увести и спрятать их в каком- то ближнем овраге.

Так что Гийом и Мэри тут не при чем, они присваивали и раздавали только то, что осталось. Громоздкую мебель никто и выносить не стал, так она и сгорела. Вынесли только то, что полегче, и ближе было к черному ходу, пожар ведь шел от парадного входа.

Ладно, с этим почти разобрались, но эту парочку я все равно выставлю, лентяи мне не нужны. Сейчас они грузят свои пожитки на телегу, крестьянин из поселка согласился увезти их к дочери в город.