Девочка из прошлого

– Давай сегодня будет праздник только для нас? Я не хочу никого видеть.

– Хорошо, – радостно улыбаюсь, едва сдерживаясь, чтобы не кинуться ему на шею. Это лучшее, что могло с нами случиться. Свадьба на двоих, точнее, на троих. Только я, Иван и наша дочь. Наш маленький мирок, и никого больше не надо.

Под свадебный марш мы втроем входим в помещение для регистрации. Женщина с папкой в руках начинает читать торжественную речь, а я ее не слышу. Вся церемония вообще проходит, как в тумане. На автомате отвечаю «да» на вопрос регистратора и ставлю подпись.

Смотрю в глаза будущему мужу и не могу сдержать слезы счастья. Иван открыто улыбается и надевает мне на палец кольцо. Я повторяю его действие. Нас объявляют мужем и женой и просят скрепить союз поцелуем. Отпускаю ручку дочки и попадаю в объятия теперь уже законного мужа.

– Моя. Наконец-то, – шепчет хрипло и впивается в губы, словно ставя клеймо.

– Люблю тебя, – шепчу отчаянно, когда получаю возможность сделать вдох.

– Папа, мама, – кричит Нюся и хлопает в ладоши.

– Спасибо, малыш. – Иван подхватывает ее на руки, а я обнимаю их обоих.

Наше тихое, абсолютное счастье, и больше никто не нужен."

"Наблюдаю за тем, как Иван укладывает вещи в багажник машины, и всеми силами пытаюсь смириться с неизбежным. Но ничего не получается. Я отчаянно не хочу ехать к его матери. Не могу себя заставить встретиться с ней. Внутри все переворачивается от одной мысли об этом. Но и встать в позу и отказаться тоже не могу.

Тяжело вздыхаю и закусываю губу от досады.

– Мам, я готова! – Нюся выбегает из дома и несется ко мне. Вот она рада предстоящей поездке и даже не предполагает, куда мы ее везем…

– Молодец, – подхватываю на руки, целую в щеку и отпускаю. – Иди пока поиграй. Сейчас папа закончит, и я тебя позову.

– Что-то не так? – рядом с ухом раздается заботливый голос Ивана.

Едва не подпрыгиваю от неожиданности и разворачиваюсь.

– Может, не поедем? – с надеждой спрашиваю я, умоляюще глядя на него, хотя понимаю бесперспективность этой затеи. Иван уже все решил и не отступит от своего без веской на то причины. А ее у меня нет. Только мое детское «не хочу».

– Вик, ты чего? – хмурится он. – Мы же обо всем договорились.

Судорожно вздыхаю и опускаю глаза. Иван, конечно, прав. И он не виноват в моих страхах.