Чужой мир: Альтернатива

Следом зашел лекарь. Посмотрел на меня. Снова закастовал заклинание, задал дежурные вопросы как в любой больнице насчет здоровья и сказал, что я переночую здесь, а с утра я могу бежать на завтрак с остальными учениками.

Так что я ночевал на удобной кровати в кабинете Семенона. Подумал, может попросить Белоусова махнуть мою кровать из комнаты на эту? А что, я почти с ней сроднился. Если он зажал сто монет награды, может согласиться?

И с этой приятной мыслью я заснул.

Проснулся рано еще до колокола. Сбегал в свою комнату переодеться, попутно заглянув в ванную — ополоснуться.

После звука колокола я уже входил в зал вполне в благодушном настроении и вид боевых магов при входе мне не испортил настроения. Вроде мы все выяснили с Белоусовым и они мне сейчас вроде как не страшны. По крайней мере я надеялся на это и на то, что ситуация не изменится на обратную."

"Поздоровался с бойцами и прошел за свой стол.

Я пришел одним из первых, но столы были уже накрыты — моя любимая яичница с беконом и любимые сладкие булочки. Живот тут же издал рокочущий утробный звук. Куда в меня столько лезет-то, а?

Сел, расправил салфетку и отдал должное яичнице. Потом пришла очередь булочек с теплым компотом. Когда я откусил кусок второй булочки, пришли мои сотрапезники — Иван Крутиков и Павел Шереметьев. Нерешительно сели и стали смотреть на меня испуганными глазами. Я с трудом впихнул в себя еще один кусок — сложно спокойно есть, когда на тебя смотрят, словно мышь на удава.

— Что? — недружелюбно спросил я. — Я людей не ем и даже не кусаюсь!

— А мы думали, что тебя арестовали? — дрожащим голосом сказал Крутиков.

— Врут завистники, — сказал я и откусил третий кусок. Прожевал.– А за что арестовали, не говорят?

— За…за бой с наказующим. Говорят, ты даже его ранил.

— А кто говорит? Вроде там в сознании никого не было?

— Ну-у… Мы то без сознания с Павлом были. Сам помнишь, мы в первом строю были.

— Ну-ну. Видели значит. — отправил последний кусок в рот — Ну раз говорят, значит так оно и есть.

— Погоди, погоди! А где ты был.

— В кабинете у Семенона валялся — я хищно посмотрел на булочку, которую держал в руке Шереметьев. Он проследил мой голодный взгляд и пожертвовал выпечкой. Я сразу отхватил кусок и стал жевать добычу. — Меня Белоусов так отделал, что пять дней лежал. Стас только сегодня меня отпустил.