Бросок кобры

А как подставить себя, заставить преступника броситься, проявить свою суть? А может, все это бред, и след действительно ложный? Слишком много совпадений. Наличные деньги добывали через Акима. Связь казино с Усовым, который служит в охране резиденции министра, где собираются политические лидеры профашистской ориентации. Профессиональная ликвидация Сабирина, затем убийство исполнителей, наконец, ликвидация самого Акима. Пресловутый принцип домино, когда выстроенные в ряд костяшки падают, сшибая друг друга, если толкнуть крайнюю.

Но в такой ситуации девицу не могли оставить в живых. Она прекрасно знает террориста в лицо, случайно узнала, что он носит парик. Зачем парик? Брюнет. Черный. Для россиян, москвичей, все кавказцы на одно лицо, они черные. Угрозы Басаева, что он доберется до Москвы. Чечня. Теракт! Какой же я тупой, подумал Гуров. Девицу оставили в живых потому, что был жив Аким-Лёнчик. Труп девицы – казино – Лёнчик – и клубок разматывается, и спецслужба выходит на след. Сейчас, когда Лёнчика нет, они могут и должны ликвидировать проститутку.

Гуров словно проснулся и тут же увидел проходившую мимо столиков Вику, которая зыркнула на сыщика сердито. Видно, она не в первый раз проходит, понял Гуров, и зашагал на выход. В гардеробе он взял плащ, чаевых не дал, и не то чтобы десятки было жалко – снявши голову, по волосам не плачут, а уж больно нелюбезны совковые лица у гардеробщиков; увидел на стойке телефонный аппарат, хотел было позвонить Станиславу, но в зеркальных дверях мелькнула серебристая шубка Вики, и сыщик заторопился следом.

Только он отошел от раздевалки, как гардеробщик оживился, снял трубку, набрал номер, сказал:

– Гость вышел. Это он, и один.

Гуров ехал в засаду.

* * *Эта пятница, по-черепашьи переползавшая в субботу, тянулась бесконечно не только для Гурова, Крячко и Артема Дурова.

Телефонный звонок разбудил Павла Петровича Усова в семь утра. Он поднимался в этот час, работая в милиции, и в последние месяцы, неся службу в загородной резиденции министра, вставал тоже около семи.

Всего две недели назад он стал кандидатом в депутаты Госдумы и начал просыпаться в девять. Правда, и ложился он глубокой ночью, к тому же в большинстве случаев выпивши. Он просыпался в семь свыше четверти века, а отвык за несколько дней, парадокс, да и только. Верно люди говорят, к хорошему привыкаешь быстро. Он не шарил рукой в поисках телефонной трубки, сел, включил стоявшую на тумбочке лампу, затем не торопясь снял трубку.