Будьте моей семьей

Сомневаясь, стоит ли, он все же начал рассказывать про то, как отец учил его плавать, про их рыбалку, про…

Они медленно шли по тропинке вдоль речки, вечерело, от воды тянулся освежающий ветерок, где-то верещала заполошная сорока, из поселка доносилась веселая музыка, а они брели, и Артем вспоминал об отце…

Отец умер от разорвавшейся аневризмы мозга.

Абсолютно неожиданно и в один момент. Это было настолько чудовищно и невозможно, что Артем никак не мог поверить, что на самом деле отца нет. Как это нет? Был, жил, двигался, смеялся, говорил, вчера еще вразумлял его по телефону – и в один момент перестал быть?

Это настолько невозможно и неправдоподобно, ненормально…

Артем давно уже жил отдельно от родителей, снимая квартиру, но связь они поддерживали плотную, хоть раз в день, перезванивались обязательно, а то и чаще, и он старался в выходные заезжать к ним.

Отец всегда был занят каким-то проектом, идеей, не мог сидеть без дела, говорил, голова тупеет от пустоты, когда не занята.

Борис Анатольевич в свои семьдесят три года был мужчиной бодрым, здоровым, крепким и невероятно деятельным.

– Боря, куда ты все мчишься, остановись.

Когда Артему предложили купить хороший участок земли с домом в довольно престижном поселке, за очень небольшую сумму, в связи с финансовыми трудностями хозяина участка, он поделился сомнениями с отцом:

– Хорошо бы, конечно, дачу взять, вы бы там на воздухе с мамой у меня жили.

– Бери, – решительно заявил Борис Анатольевич. – Только не рвись сразу же хоромы городить, красоту наводить. Мы с тобой и дом, и участок потихоньку и неспешно до ума доведем. Я займусь.

Взяли. И на самом деле занялся.

Как инженер с огромным стажем и человек разносторонних талантов Борис Анатольевич и проект придумал толковый, и смету составил подробную, и рассчитал по годам, что, как и в какой последовательности они будут делать.

А зимой умер.

Был полон планов, идей, готовился к сезону, договаривался со строителями, изучал огородное дело и…

Заболела голова. И все сильней и сильней, и никакие таблетки боль уже не снимали. Сам сыну не сказал, мама пожаловалась, когда Артем позвонил.