Расческа для Лысого

Туда как раз наше все приезжает, и все срочняком рвутся, по тем же склонам покататься. Жопой потрясти перед снайперами.

А меня прям уговаривал не стесняться.

Ну, я и не стал. Стесняться.

Девочка в махровом халатике до пят выглядела еще круче, чем в своей майке, которую она почему-то упорно платьем называла.

Я, как увидел эти ее пальчики, розовым ярким лаком накрашенные, так и охерел.

Захотелось схватить ее и не отпускать никуда. Держать.

Ну, я так и сделал.

И только потом уже заценил, насколько затейник прокурор-то.

Зеркальный потолок… Нехило. Мне понравилось.

Я перевожу взгляд с пальчиков вверх. И встречаюсь с ее глазами. В зеркале.

Кладу руку на шею, сжимаю. Несильно. Она сглатывает невольно. Но взгляд не отводит. И я знаю, что ее это заводит так же, как и меня. Моя темная рука в тюремных партаках охерительно смотрится на белой коже, контраст добра и зла, бл*.

Я веду рукой по телу, снимая наброшенный небрежно белый халат, обнажаю грудь, соски сразу собираются под пальцами, животик подрагивает.

Моя лапа его полностью закрывает. Она высокая, ведьмочка Ленка, но худенькая. Кожа гладкая, нежная до нереальности. Ничего нежнее не трогал. Она не шевелится, смотрит в потолок, замерла. А я уже давно опустил голову. Потому что хочется ближе разглядеть. Почувствовать. Самую мелкую дрожь. Самое маленькое движение. Навстречу.

– Это дом одного человека. Раздвинь ножки.

Рука движется ниже. Послушно раздвигает. Коленки острые. Синяк на голени. Отбивалась? Била кого-то? Боевая ведьмочка.

– А что за человек?

Голос хрипит. Губки облизывает. Голову мутит. Ведьма.

– Хороший. Давай ближе ко мне. Чуть-чуть попку двинь.

Делает, как говорю. Ее покорность заводит. Так же, как и бесячее сопротивление. Все в ней меня заводит.

– А мы тут можем все выходные пробыть?

Глазки еще в зеркале, реснички подрагивают.

– Да.

Пальцами легонько по гладким губкам, пока не внутрь. Пока – сверху. Некуда торопиться.

– А потом?

– А потом будет видно…

– А чем ты вообще занимаешься, дядя Миша?

Голос прерывается.

Нравится, девочка? Я пока просто глажу. Нрааавится…

– Бизнесом.

– Каким?

– Строительство.

– А что строишь? Аааххх…

А это я уже пальцами, куда надо, попадаю. И легко так, как в родной дом. По мокрой ковровой дорожке. Легко тебя завести, девочка Леночка. Некстати в голове мысль, а сколько у тебя вообще было таких вот ходоков?

Очень горячая, очень. Манкая. По идее, должна, как кошка, трахаться.