Академия Дальстад. Королева боевого факультета

Как бы я хотела все изменить!"

"— Прости меня, пожалуйста.

Нужны ли ему сейчас мои чувства или мои извинения? Думаю, что будет правильно попытаться еще раз поговорить с ним начистоту. Во всяком случае, даже если он отвергнет меня снова, то совесть моя будет чиста.

Я трудом встала с кровати и заставила себя направиться по коридору в душевую, шарахаясь от любого, кто шёл мне навстречу.

Взглянув на себя в зеркало, я ужаснулась: и как мне в таком виде идти к Аллену? Волосы тусклые, спутанные, глаза опухли и покраснели, кожа бледная, с землистым оттенком, а под глазами чёрные круги.

— Возьми себя в руки, Эри, — прошептала я своему отражению. — Ты не должна показывать слабость. В академии есть тот, кто жаждет твоей смерти, не дай ему даже малейшего повода для торжества.

Я решительно начала приводить себя в порядок. Стоя под струями воды, я физически ощущала, как уходят прочь тревоги и печали, а на смену им приходит смелость и отчаянная жажда действий. Горячий душ, капля ароматного масла на волосы и несколько заклинаний для красоты: в палату я вернулась уже совсем другим человеком.

В моё отсутствие кто-то принёс мне завтрак, но за то время, что я пробыла в ванной комнате лечебного крыла, еда и чай уже порядком остыли. Задумчиво обхватила пальцами кружку и подумала, что в горячем виде напиток был бы вкуснее.

Не успела я додумать мысль до конца, как кружка раскалилась в пальцах так сильно, что лопнула и разлетелась на части, поранив осколками пальцы.

“Это что сейчас было?” — удивлённо подумала я. На ум тут же пришли слова Альсара: “Твой дар переродился”.

— Неужели это моих рук дело? — пробормотала я вслух, обматывая вокруг порезанной ладони полотенце. — Так, надо проверить… И прибраться.

Я обошла лужу с осколками, аккуратно поставила на здоровую ладонь тарелку с кашей и произнесла:

— Потеплей!

Тарелка осталась холодной.

Мысленно я довела начатое до нужной температуры и с удовольствием позавтракала горячей пищей.

Выглянув в коридор, я увидела знакомого мне лекаря Конте, который сосредоточенно делал записи в толстой тетради, сидя на жёстком стуле в общем коридоре.