Академия Дальстад. Королева боевого факультета

— Госпожа Корра, вы понимаете, что ваши обвинения направлены против начальника всей полиции нашей столицы? Человека, который пользуется доверием самого короля? — нахмурился прохиндей из дворца.

— Вы хотели сказать “того, кто был готов расправиться с подданным другой страны лишь бы навредить декану боевого факультета”? — парировала я, окинув взглядом всех, кто присутствовал в кабинете.

— Осторожнее, Эри, — еле слышно произнёс Аллен, встав по правую руку от меня.

“Осторожнее?” — внутри меня всё оборвалось. Меньше всего я ожидала услышать подобное от того, кто обещал оберегать и защищать меня.

Человек в камзоле подал знак полицейским, и один из них вынул из кармана криво склеенный листок бумаги. Внутри меня всё похолодело: я узнала в обрывках своё чистосердечное признание, которое сама же порвала.

— Объясните, что это, госпожа Корра, — “камзол” отдал склеенный листок ректору де Форнаму и тот, нахмурившись, окинул его быстрым взглядом.

— Это признание мне пришлось написать под давлением, — ответила я, непроизвольно коснувшись пальцами руки боевика. — Извините, не дописала, когда поняла, что основная цель господина Силвера — это использовать его для шантажа господина Аллена Альсара. Тогда…

— Зачем господину Силверу использовать вас для шантажа господина Альсара? — прищурившись, спросил “камзол”. — Разве на то есть веская причина?

Я вздрогнула, как будто в помещении резко понизилась температура и взволнованно посмотрела на боевика, замершего в напряжении.

— Повторяю свой вопрос, госпожа Корра: почему господин Силвер должен использовать именно вас для шантажа господина Альсара? Может, вас связывает нечто большее, нежели уставные отношения?

— При чём здесь моя адептка? — повысил голос Аллен. — Задайте этот вопрос Эдварду напрямую!

— Вопрос был адресован не вам, Аллен. За все годы моей службы во дворце, вы никогда не врывались к Его Величеству с требованием немедленно распустить и посадить за решётку всё главное полицейское управление Дальстада, хотя вы обучили и выпустили больше сотни адептов!

С нарастающим отчаянием я смотрела по сторонам.