1000 Первая дочь (СИ)

Я был на грани того, чтобы похитить королеву из ее собственного дворца. Пусть я не так обеспечен и никогда не подарю ей еще один трон, зато буду любить так, как не сможет никто.

— Ты сделал из рабыни свободную женщину, подарил то, на что я и не надеялась, — произнесла Майлин. — Пришла пора отдавать долги. В ответ я сделаю младшего принца королем. Если ты, конечно же, ответишь согласием. Может быть, за это время ты нашел себе другую принцессу?

— В тюрьме сложно найти себе невесту, — горько усмехнулся я.

Глаза Майлин загорелись гневом.

Она глянула в сторону Северуса, кажется, моментально догадавшись обо всем, что случилось в Озисе после того, как она его покинула.

— Он достаточно наказан твоим отказом, — уже мягче произнес я.

Она снова обернулась ко мне. Нервно покусала нижнюю губу, хотя это я должен был нервничать. Не наоборот.

— Это значит да? — спросила она.

Мой громкий ответ сотряс зал. Ему вторили разочарованные стоны других женихов. Кто-то снова упал в обморок.

Майлин надела мне на шею венок из огненных цветов, подтверждая свой выбор.

Но мне было мало этого признания. На виду у всех я привлек Майлин к себе и поцеловал так страстно, что мы оба едва не задохнулись. Плевать, какие ярлыки навесили на нас другие: хозяин и рабыня, королева и младший сын в семье. Для нашей любви не существует преград, а страсти и вовсе не писаны законы и правила.

Эпилог

Майлин

Венчались мы в главном храме, где теперь ярко горел огонь Ишатра. Не просто символ, а источник, подпитывающий магией всех без исключения жителей.

Упадок сил, который до моего коронования безуспешно врачевали лекари, исчез, словно и не бывало.

На мне было атласное платье цвета первого снега, в руке я держала букет ярко-красных цветов тилусов, прозванных в народе королевскими огоньками. Улыбка не покидала моего лица. Ведь лучший из мужчин держал меня за руку и произносил клятвы перед всем народом Ишатра. Моим народом и его.

Огромный храм едва вместил всех желающих присутствовать на этом торжестве.

Еще никогда я не слышала столько поздравлений и не ловила на себе столько восхищенных взглядов. То был поистине лучший день в моей жизни.

— Возлюбленные чада… — начал главный старейшина, и сердце мое наполнилось счастьем. В тот миг я осознала: моя сказка только начинается. И она непременно будет счастливой.

Мы с Алексисом произнесли обеты и поцеловали друг друга. Пока легко, почти невесомо, но даже в этом прикосновении читалось обещание чего-то большего.