1000 Первая дочь (СИ)

 — Это не просьба, это приказ!

Я вскинул голову, встретившись с ним глазами. Впервые меня настолько обуяла злость, что я готов был изменить выдержке и окончательно рассориться с братом.

— Я много раз выполнял твои приказы, часто тайные, — пришлось напомнить Северусу о его грехах прошлого. — И сейчас прошу лишь об одной услуге: сделать свободной мою рабыню. Мне прекрасно известно, что ты уже исполнял подобные просьбы вельмож. И не нужно говорить о правилах, которые ты сам с легкостью нарушаешь.

Северус довольно усмехнулся.

- Мне не нужен командир, ослабленный чувствами к рабыне, — проговорил брат, не скрывая презрения. — Того, кто нарушает мои приказы, могут и казнить, не забывай об этом. Приведи ее ко мне. Сегодня же! Это приказ короля, и он не обсуждается!

Домой я возвращался в подавленном состоянии. Голова шла кругом от дурных мыслей, а руки непроизвольно сжимались в кулаки. А ведь в чем-то Северус прав: я впервые позволил себе проявить чувства.

И получил жестокий толчок в спину. От брата и короля. А все потому, что позволил себе неслыханную для воина роскошь: привязаться к одной-единственной женщине.

Может быть, даже влюбиться?

Глава 22

Майлин

Так странно было проснуться в постели Алексиса. Я даже не услышала, как он ушел. Единственное, о чем беспокоилась, так это о клейме, портившем мне всю сознательную жизнь. Испуганно вздрогнув, осмотрела себя: одеяло покрывало ноги и бедра, все в порядке.

— Он не видел… — облегченно выдохнула я.

Страх, что мой мужчина увидит клеймо, не давал спать ночами, заставлял видеть кошмары. Но я пообещала Алексису, что покажу жуткую метку, и мне придется выполнить данное обещание. Когда? Как? Что испытает Алексис, увидев то, что меня учили скрывать? Я и сама презирала себя за это наследие

Впрочем, этим утром были и другие заботы, не дававшие мне покоя. Уходя, Алексис не оставил никаких распоряжений. Не сказал, куда ушел и когда вернется.

Накинув слишком маленькое вчерашнее платье, я выглянула в коридор. Возле моей двери, разместившись на низкой кушетке, дежурила служанка. Одна из тех, что вчера готовили меня к ночи с Алексисом.

— Вы проснулись! — улыбнулась она довольно радушно. — Доброе утро, вернее, день.

Девушка хихикнула и ловко спрыгнула с кушетки. Спросила, что я хочу на завтрак.