Земное притяжение

И дотронулась до его руки. Мальчик сглотнул. Капля поползла у него по виску и затерялась в кущах бороды.

Даше вдруг пришло в голову, что в бороде, должно быть, невыносимо жарко!.. Попробуй обмотать физиономию войлоком и так походить какое-то время, с ума сойдёшь.

— В прошлый раз я вас потерял, — пожирая её глазами, произнес мальчик. — А телефон вы мне так и не дали."

"Даша назвала первое пришедшее в голову сочетание цифр, ещё раз дотронулась до плеча совсем уж распалённого собеседника, повернулась и чуть не упала.

Прямо перед ней, загораживая проход ефрейторскими плечами, стоял Паша-Суета, тамбовский авторитет и по совместительству Дашин крестник. На Паше была белоснежная концертная сорочка, стоящая колом от крахмала, и черный костюм с блеском на лацканах. В плохо гнущемся кулаке Паша держал букетик.

— Здрасти, — сказал Паша, неопределённо улыбаясь.

— Привет, — отозвалась Даша, рассматривая его. — Ты откуда?

— С Тамбова.

— Культурно отдыхаешь?

Бородатый мальчик смотрел на Пашу с явным неодобрением, подозрительно даже.

— Идите, — посоветовала она мальчику. — Мы обо всём договоримся завтра. Идите!..

И улыбнулась.

Паша проводил мальчика взглядом, повернулся к Даше и сунул ей букетик.

— Чего тут у вас за хрень?

— Паша, зачем ты сюда припёрся?

Он вздохнул так, что всё его крахмальное облачение приподнялось и заскрипело.

— Так это… Повидать тебя решил.

— Ну, Паша, — изумилась Даша. — Ты даёшь!

— Пойдём, может, того?..

— Чего — того?

— Выйдем, может? У меня там внизу «гелик», покатаемся?..

Даша взяла его под негнущийся локоть и повела сквозь светскую толпу.

— Пашенька, — заговорила она, припадая щекой к его плечу. — Чего тебе надо? Только говори прямо! Когда ты политику наводишь, от тебя можно чего угодно ждать.

— Да я ещё тогда прощения попросил! Сколько ещё просить-то? Ну, приехал! А чего, нельзя? В Москве комендантский час или чего? Ну, соскучился и приехал!

— По мне соскучился, — утвердительно сказала Даша, и Паша кивнул.

Даша поздоровалась в толпе со знаменитым писателем Синицыным, и вежливый Паша поздоровался тоже. Писатель проводил их тревожным антиутопическим взглядом.

— Так чего делать будем?

— А что мы должны делать?

— Слушай, — сказал Паша с тоской и остановился. Их сразу же стали толкать со всех сторон.