Заповедь Варяга

– Вижу, что ты действительно очень переживаешь... Но уверяю, дружище, у тебя отныне нет больше повода для беспокойства, – слегка приобнял здоровяка за плечи Рой. – Завтра из управления должна прибыть важная бумага, ты получаешь новое назначение.

– И кем же теперь я буду работать? – недоверчиво посмотрел Джек в жизнерадостную физиономию Роя. – Таксистом, что ли?

Фэбээровец поморщился:

– Ну, зачем же так? Ты ведь способный человек. Тебя ожидает новое назначение в министерстве юстиции. С завтрашнего дня в твоем подчинении будет половина тюрем штата.

Джек широко улыбнулся – все-таки этот фэбээровец неплохой парень.

– Разве я могу отказать в такой малости своему другу. А что будет с русским?

– Тебя не должно это волновать, – коротко бросил Лоренц, после чего неожиданно добавил: – С русским вопрос тоже решен. Через пару недель он будет выслан из страны.

* * *Со Светой – женой Варяга – Нестеренко встретился в тихом тенистом парке, по деревьям которого шныряли проворные белки. Они сели на скамейку, помолчали.

– Я виделся с Владиком, – тихо промолвил Егор Сергеевич.

– Как он? – Света напряглась и прикусила нижнюю губу."

"– У него все хорошо, – сделал слабую попытку утешить женщину Нестеренко. – Он молодец, держится хорошо, не унывает.

– С ним действительно все в порядке? – Света бросила на академика недоверчивый взгляд.

Егор Сергеевич ободряюще улыбнулся, после чего бодро проговорил:

– Конечно, в порядке! У американцев ведь не тюрьмы, а санатории. Ест до отвала, спит вдоволь, ходит в спортзал, поддерживает форму. Отдыхает, одним словом!

– Когда я с ним могу увидеться?

– Думаю, что скоро.

Егор Сергеевич не говорил Светлане всего. Не далее как вчера вечером он вновь разговаривал с Роем Лоренцем и вместе с обещанными негативами предоставил ему и видеозапись, где тот трогательно общается с Луиджи Гобетти. В обмен на пленку Нестеренко потребовал у Лоренца содействия в том, чтобы Варяга отпустили под залог. И, судя по утреннему звонку, тому это удалось.