Заповедь Варяга

Экипировка посредника вызывала недоумение и у Сергея. Глаза его расширились, челюсть отвисла.

Точно так же чувствуют себя перевербованные разведчики, узнав под конец жизни, что работали на интересы третьей страны. Весь его вид так и вопил – надули!

– Для меня самого подобное новость. Клянусь! Но, может быть, существовали еще какие-то спецподразделения, о которых я ничего не знаю.

– А ты вспомни! Напрягись! – настаивал Ангел, помахивая шапочкой.

– Я уже говорил, что я всего лишь пехотинец! Я ни-чего не знаю! – перешел пленник на крик.

– Слушай, падла, – покосился Ангел на вход, – если ты сейчас не заткнешься, то ляжешь здесь с простреленной башкой рядом со своим шефом. Ты меня хорошо понял?

Сергей умолк.

– Я тебя спрашиваю, окурок. Ты меня хорошо понял? Ну?! – Вор вскинул растопыренную ладонь, еще одно слово отрицания, и сильные пальцы цепко стиснут горло пленного.

Касьян с Андреем с интересом наблюдали за Ангелом – они впервые наблюдали у него такую вспышку ярости.

– Понял.

Остывал Ангел медленно и был готов к тому, чтобы в качестве науки долбануть возроптавшего пленника носом о стол из карельской березы. Затем, осознав бессмысленность своего гнева, медленно отпустил руку. Хата была абсолютно пустой – ни альбомов с жизнерадостными фотографиями, ни писем, ни открыток. Ничего!

– Открой занавески да окно распахни! Дышать невозможно, – повернулся Ангел к Касьяну.

Телохранитель подошел к окну и уверенно откинул занавески. Вдруг Ангел заметил, как лицо телохранителя перекосилось, в следующую секунду он прыгнул на законного, сбив его с ног. Тонко дзинькнуло разбитое стекло, и тотчас на пол грохнулось чье-то тело.

– Всем лежать! – рявкнул Касьян. – Работает снайпер!

Ангел чуть повернул голову и увидел Сергея, бившегося в конвульсиях, – вместо правого глаза у него зияло небольшое кровавое отверстие. Отпрыгался парень! Ползком, стараясь не поднимать головы, к открытому окну приблизился Андрей Серебров и запахнул занавески одним движением.

– Все, подъем, – объявил Серебров, – держитесь только около стены, может опять пальнуть. Хотя, наверное, уже упаковал чемоданы.

– Выходим, – объявил Ангел, поднимаясь, – здесь нам больше делать нечего. – И, пригнувшись, заторопился к двери.

Ангел шел между Касьяном и Андреем. Ребята знали свое дело отменно и умело прикрывали его.