Замуж по принуждению

Он чуть меньше, чем дом Куратова, но такой же красивый, с большой ухоженной территорией, садом и бассейном.

— Давид живёт один? — спрашиваю Руслана.

— Да, один.

— Та девушка, которая была у нас в гостях… Дана…

— Забудь, Ева, — усмехается Куратова. — Девушки у Давида не задерживаются чаще, чем на один вечер.

Я вспоминаю, что до нашего брака у Куратова было все точно так же. Девушки сменялись одна за другой. Не успевала я запоминать их имена и лица, как тут же на смену одной красотке приходили другие. Знаю, что Руслан никогда не обещал им серьезных отношений и не давал клятв верности.

Хозяин дома встречает нас в прихожей. Давид как обычно улыбается при виде меня. Подходит ближе, берёт мою руку и касается губами тыльной стороны ладони. Он гораздо мягче Руслана. Вежливый и открытый. Можно с первого взгляда и не напрягаясь понять, что он испытывает к человеку, потому что все его эмоции видны как на ладони, в отличии от Куратова.

Мы садимся в гостиной на мягкие диваны. Ремонт в доме сделан в стиле модерн с природными древесными оттенками, плавными линиями и витражами на стенах.

— Без тебя не справимся, — произносит Давид. — Поэтому отойти от дел не получится, Руслан.

— Когда прибудет груз?

Сердце клокочет словно сумасшедшее. Так часто и сильно, что мне хочется заткнуть уши и не слышать ничего того, о чем они говорят.

Голова пухнет с каждой секундой, отвлечься не получается.

— Давид, можно я заварю кофе? — спрашиваю у хозяина дома.

— Прости, что сразу не предложил, — разводит руки в стороны. — Отправил домработницу сегодня домой.

Чтобы не подслушивала… Дополняю сама себе в голове.

— Ничего страшного, я сама разберусь. У тебя кофемашина?

— Да, похозяйничай там сама, ладно? — усмехается Давид.

— Ладно.

Поднимаюсь с места, голос дрожит словно натянутая струна. Руслан на меня так странно смотрит, что мне кажется я выдаю себя с потрохами и переигрываю. Успокаиваю себя тем, что ничего все равно для себя не решила. На данный момент я просто его жена. Жена, которая оказалась не готова к такой суровой действительности и правде о собственном муже.

— Сделай и мне, — просит Руслан, прищуриваясь.