Залог страсти

– Из кладовых самой королевы, – тихо заметил маленький джентльмен.

Невеста была хорошенькой, со светло-каштановыми волосами и голубыми глазами. Но красавицей ее никто бы не назвал. Анабелле показалось, что Джин выглядит не слишком счастливой, но она тут же припомнила, что это брак по сговору, устроенный королевой с целью объединить знатные семьи Приграничья и Шотландского нагорья. Мария Стюарт знала, что может доверять Джеймсу Хепберну. Надеялась, что этот брак и милости, которыми она одарит его и семью невесты, позволят Гордонам стать ее верными союзниками.

Церковь была набита до отказа. Обеты, произносимые новобрачными, были едва слышны за гулом голосов. Наконец епископ громко провозгласил их мужем и женой. Церковь быстро опустела, когда гости стали выходить наружу, чтобы разыскать лошадей и проделать короткий путь до Кинлох-Хауса, где состоится празднование.

Ангус подошел к жене, а Мэтью распрощался с ними. Вместе они подошли поздравить новобрачных.

– Вы вызвали немалое волнение при дворе, – сказала Ангусу леди Босуэлл.

– Не думаю, чтобы двор занимал себя таким незначительным человеком, как я, – ответил Ангус.

– Самый красивый мужчина в Приграничье и его некрасивая жена. Все хотят знать, каким образом свершился этот союз, ибо как ни прекрасен ее наряд, все же нельзя отрицать, что леди Дун очень некрасива в отличие от вас.

– Любовь, как мне говорили, мадам, часто бывает слепа, – ответил Ангус, сжимая руку жены, ибо Анабелла побелела как полотно, услышав жестокие слова леди Босуэлл.

Но хотя она была шокирована, все же прекрасно умела защитить себя. Поэтому мило улыбнулась невесте и сказала:

– Ваш муж считал, что вы должны мне понравиться, мадам. Увы, он ошибался.

Присев, она отошла. Босуэлл и Ангус едва сдержали смех при виде ошеломленного лица Джин Гордон.

– Я постараюсь не ссориться с тобой, жена, – шепнул граф Дун. – Ибо это опасное занятие.

– Она так чванлива! – взорвалась Анабелла.

– Она из рода Гордонов. Они имеют полное право быть чванливыми.

– Она дурно воспитана.

– Этого желала королева, и Джеймс безгранично ей предан. Кроме того, она принесла ему очень большое приданое, и королева одарила его землями за беспрекословное подчинение.

– Он не может любить ее! – воскликнула все еще рассерженная Анабелла.

Но тут к ним подошел джентльмен, сидевший в кирхе рядом с Анабеллой, и вежливо поклонился.

– Я Давид Риччо, секретарь королевы, – представился он.