Выжить любой ценой

У него перед глазами то и дело вставало детское личико с пальчиком во рту. Уже допивая чай, парень отлично понимал, что не сможет просто так уехать. Вздохнув, он покосился в сторону сгрудившейся у разбитой машины семьи и, вздохнув, тихо проворчал:

– Родился ты, Славка, дураком, дураком и помрёшь.

Сполоснув чашку, парень аккуратно убрал её в машину и, захлопнув дверцу, решительно направился к пострадавшим. Увидев его, вся семья дружно замолчала, настороженно разглядывая нежданного гостя.

– Что вы решили? – недолго думая, спросил Слава.

– С чем именно? – не понял Костя.

– С машиной, не со мной же, – пожал плечами парень.

– А что тут можно решить? Если только пешком сходить и на себе её сюда притащить. Да только проку от этого мало будет, – вздохнул Константин.

– Значит, так. Завтра в пять утра будь готов к поездке. Сгоняем в посёлок, подберём тебе ведёрко. Если что, я его заведу. Потрачу на вас ещё один день, – вздохнул Слава, не сводя взгляда с детей.

– Мне платить нечем, – угрюмо буркнул Костя.

– Ты чего на детей так уставился? – неожиданно спросила его жена, усталая, невзрачная женщина с собранными в небрежный хвост волосами.

– У меня вся семья погибла, – коротко ответил Слава, понимая, что должен объяснить своё поведение. – И дети…

Женщина тихо охнула, прижав ко рту ладонь.

– Так чего ты в уплату хочешь? – помолчав, вернулся Костя к делу.

– Ничего, – тихо выдохнул парень. – Я им помочь хочу, – добавил он, кивая на малышей.

– Не шутишь?! – растерянно ахнул Костя, боясь поверить собственным ушам.

– В пять утра. Я на грузовике подъеду, – ответил Слава и, круто развернувшись, быстро вернулся к своему транспорту.

В эту ночь он почти не спал. Ворочаясь на разложенном сиденье с боку на бок, он никак не мог решить, нужно ли ему вмешиваться в установленные правила, или пусть мир живёт так, как сам захочет. Этот бесконечный спор с самим собой вывел парня из себя. Усевшись, он подтянул к себе рюкзак и принялся рыться в его содержимом. Слава никогда не был заядлым курильщиком, но иногда позволял себе выкурить трубку.

Вот и теперь, вытащив из рюкзака курительные принадлежности, парень приоткрыл окно и, не спеша набив трубку, закурил. Ароматный дым медленно выплывал в окно, свиваясь причудливыми узорами. Сидя по-турецки, Слава попыхивал трубкой, продолжая размышлять над своим поступком.