Возвышение Меркурия. Книга 17 (СИ)

А я прикрыл глаза, потянувшись к образам, которые передал мне Марс. Пришло время взглянуть на то, что брат счёл нужным оставить в качестве памяти о себе.

Увидев в первом же его воспоминании записи с аналитическими выкладками по поводу Рассена, я даже не удивился. Полководец оставил то, что счёл наиболее важным — стратегически важную информацию.

Подавляющая часть мыслеобразов была посвящена именно ей — данные о Домах и Дворцах, доклады разведки, которая искала следы присутствия Рассена, сводки о Стаях драконов и классификация миров, которые находились в этой вселенной.

А потом меня как будто кинули в водяной смерч — очередной мыслеобраз демонстрировал крохотного младенца, которого Марсу протягивала счастливая фигуристая блондинка. Ребёнок крутил головой, морщился и моргал, а брат осторожно держал его в руках, всматриваясь в черты своего сына. Заодно и оценивал мощь его «искры» вместе с перспективами её развития — старые привычки никуда не исчезли.

Где-то там, совсем в другом скоплении остался его сын и мой племянник. Лишённый поддержки отца и потерявший опору в виде его гвардейского легиона. Зная натуру Марса, тот наверняка включил в присягу своих соратников и слова о преданности своему потомству. Но как известно, любую клятву можно обойти. Да и присягнуть абсолютно всех не заставишь. Тем более ребёнку всего ничего — даже с учётом его куда более быстрого взросления, пройдут годы, прежде чем он сможет на каком-то уровне участвовать в управлении.

Усилием воли я заставил себя переключиться на следующее воспоминание. И обнаружил, что оно посвящено тому самому кораблю.

Началось всё с доклада про чужой транспорт, который внезапно оказался практически в самом центре скопления, переместившись туда при помощи портала. Следом — приказ о подъёме по тревоге Первого легиона и бросок к месту предполагаемого контакта.

Надо отдать Марсу должное — он попытался начать переговоры. Справедливо полагая, что открытый конфликт с кем-то, могущим открывать порталы для громадного корабля, это слишком непредсказуемо.

Но беседы не вышло — этот кусочек памяти оборвался на том, что брат попросту отключился. Следом запустился другой — из тех самых коридоров, где оказались и мы сами. Они и правда были в таком же состоянии.