Возвышение Меркурия. Книга 17 (СИ)

Оказавшись в большом церемониальном зале, где жених с невестой планировали обменяться клятвами, я обнаружил здесь весь пантеон в полном составе, вместе с иными приглашёнными гостями. И, судя по их положению, никто не был способен сопротивляться. Даже бывшая управляющая кораблём Агвира, которая успела сменить несколько имён и теперь звалась Ольгой, спокойно стояла на месте. Как и нынешний адмирал нашего флота — способностей Билли было недостаточно, чтобы разорвать путы контроля."

"Хотя, я их и не чувствовал, этих самых пут.

Афея Оболенская, чьи глаза тоже была залиты алым, мельком глянула на нас и сразу отступила в сторону, усевшись на стол, который готовили под свадебный торт. А её внук отдал команду.

— На колени!

Когда весь зал, включая нас, опустился вниз, прозвучал новый крик.

— А теперь встать!

Стоило всем подняться, как воздух огласила новая команда встать на колени. Снова нас подняв, патриций разразился гулким смехом.

— Обожаю чувствовать вашу беспомощность. Боги Древа, как же давно я не развлекался подобным образом.

Пока моя оболочка выполняла простейшие действия, мозг отчаянно работал. Что касалось идентификации противника, проблем у меня не возникло. В качестве проводников силы использовались двое Оболенских. Потомки одного из членов Ордена Равновесия.

— Как с вами разделаться, Меркурий? Есть какие-то идеи?

Тот, кто контролировал тело князя, подвёл его ближе ко мне, а я всматривался в глаза патриция, пытаясь отыскать проблески разума кавалергарда. Не могли же его попросту уничтожить. Старый военный должен быть там, внутри своего тела. Возможно уже ищет варианты для сопротивления.

— Не надо так много думать. Ты всё равно ничего не сделаешь. При помощи таких техник мы останавливали отпрысков самого Агвира. Ты на их фоне выглядишь полным ничтожеством.

Остановившись, патриций развернулся, скользя взглядом по гостям. Снова посмотрел на меня.

— Даже не знаю. Оргия, а потом казнь? Или просто массовое побоище? Может заставить вас спариваться, а потом убивать друг друга?

Поморщившись, махнул головой.

— Скучно.