Всё начинается со лжи

И условно Алескеров победил. Но… если округлить до сорока девяти, то наши голоса равны, а значит, решения по всем вопросам будет принимать Совет — все директора закрытым голосованием. Технически у нас была ничья. И что решат семь членов Совета, в том числе и я, и Алескеров, как одни из них, то и будет правильным для «Север-Золота».

— Прошу вас, сюда, — отвлёк меня от раздумий голос Алескерова.

— Мама? — поднялся я навстречу своей старушке. — Что случилось?

— Ничего, ничего. Прости, если напугала, — смущённо прижала она к себе сумочку.

— Простите, что я вот… у вас заедание, я знаю. Но я, честное слово, надолго не задержу. И, как же это сказать, — дошла она до меня, — имею право здесь находиться. Прости, сынок, — накрыла она своей рукой мою. — Это был мой подарок вам на свадьбу. И мне бы вручить его завтра. Но, как говорится, ложка дорога к обеду. Да и расписались вы сегодня. В общем, — она суетливо открыла маленькую сумочку, — не знаю, достаточно ли этого, но я тебя уверяю, у меня всё оформлено, как надо, да вот сэр Грэгори не даст соврать. "

"— Мама, что происходит? — спросил я, и посмотрел на двухметрового мужика, лысого, в наколках, косухе и с серьгой в ухе. Когда мне сказали, я тоже не поверил, что Английская королева возвела его в рыцари за помощь британцам, оказавшимся в сложных ситуациях из-за вооружённых конфликтов и природных катастроф. А он был основателем фонда и кризисного центра, что и вызволяли британских подданных из таких ситуаций.

— Я продал вашей маме свои акции, Павел, — белозубо улыбнулся он.

— А точнее поменял, на виллу в Антибе. Призанятное местечко, скажу я вам. А сколько с ней связано занятных историй, — вытащил он изо рта зубочистку, которую постоянно грыз.

— Но сэр Грэгори, мы уже всё подсчитали, и… — возразил Алескеров.

— Так пересчитаете. Тем более всё это уже не имеет смысла, — подошёл он и протянул руку. — Ну что, поздравляю, чувак. Это теперь твоя компания. Я же говорил: предложи мне что-нибудь интереснее. А твоя мама… предложила.

— Ну что ж, — тем временем ознакомившись с бумагой, что она принесла, развёл руками председатель Совета, один из независимых директоров, — и сэр Грегори тоже прав.

Нет никакого смысла в тайном голосовании, если у вас теперь пятьдесят с половиной процентов, Павел Викторович. Поздравляю! — и не просто пожал руку, обнял меня он. — Заседание на этом считаю закрытым. Тем более Павлу Викторовичу точно не до нас. А о всех своих решениях, я думаю, он нас известит в ближайшем будущем.