Всё начинается со лжи

— Ничего, — я уверенно сделала ещё два шага и протянула руку. — Просто отпустите и всё. Не надо издеваться над беременной девушкой.

— Она беременна? — удивлённо уставился на меня Алескеров. Но хватку всё же ослабил. Секунду подумал, а потом толкнул Юльку ко мне.

— Тихо, тихо, тихо, — обняла я её, отводя в сторонку, когда она уставилась на меня испуганно. Но это, к счастью, видела только я. — Тс-с-с-с. Я знаю. Молчи.

Она сдавлено зашептала:

— Клянусь, это сделал он.

Я не стала переспрашивать, что именно: изнасиловал её или вмешался в работу криминалистов.

— Да, она беременна. Но вам не стоит переживать, Ренат Азимович, ведь это была не ваша сперма и не ваша ДНК, я же правильно поняла? А раз не ваша, неужели вы женитесь на девушке, беременной не от вас?

Он молча сверлил меня глазами. Нет, если бы мог, он бы меня испепелил, но я, на его беду, не воспламенилась. И никуда не исчезла. Как и его неожиданная проблема.

«Ну давай! — усмехнулась я.

— Ладно, к делу, — не решив сложную задачу сходу, он махнул Пашутину рукой. — Подписываем бумаги.

Но тот внезапно упёрся.

— Я ничего не подпишу, Ренат, — голос Пашутина прозвучал неожиданно твёрдо.

— Серьёзно?! — презрительно скривился Алескеров, — Да я же тебя в порошок сотру! Будешь гнить на нарах до конца своих дней! И ни твоей шлюшке дочечке, ни твоей шлюшке жёнушке ничего не достанется.

— Не достанется и тебе, — возразил Пашутин. — Ведь акции «Север-Золото», которые тебе так нужны, тоже арестуют. А мне плевать на те нары. Я умру задолго до того, как туда отправлюсь. Мне терять нечего. Можешь отзывать своих собак, можешь не отзывать, мне плевать, — прохрипел он.

На лице у Алескерова купными буквами было написано: «Да вы все издеваетесь что ли?!»

Но и он так быстро сдаваться не собирался.

— Ну что ж, — хмыкнул он, и посмотрел на Юльку, что стояла рядом со мной. — Давай тогда так. — Я отзову своих людей, но «Север-Золото» ты мне за это отдашь.

— Нет, — качнул головой Пашутин. — Ты отзовёшь своих людей и оставишь в покое мою дочь. И никак иначе, — он мельком посмотрел на меня. — Даже если она беременна от тебя, Ренат. Ты получишь акции, но не приблизишься и на километр ни к ней, ни к ребёнку.