Восстающая из пепла

Зачем ещё аристократу ухаживать за такой, как я? Я злилась, и желала всю свою злость выплеснуть в этом танце. На мгновение огоньки вспыхнули на моих плечах. Магия бурлила, вторя моим эмоциям.

В резко затихшем зале зазвенела тревожная мелодия скрипки. Вскинула ногу вверх, ловко развернувшись в сторону Максиана. Он поймал меня легко, чуть подбросил вверх, после чего я грациозно приземлилась на ноги, принимая вторую фигуру – отведя одну руку за спину и вторую поднеся к щеке. Прежнее мрачное выражение сошло с лица моего партнера по танцу.

Вступила гитара, внося задор в тревожные мотивы. Мы кружили вокруг друг друга, не отводя взглядов. Мотив подхватили барабаны и флейта, чуть смягчая резкие переходы. Это был танец пламени, танец страсти. И я была пламенем. Необузданным, неуправляемым, которое Максиан пытался приручить."

"Движения, выученные ещё в детстве, воспроизводились легко и изящно. Огонь вспыхивал то на моих плечах, то на кончиках пальцев, иногда в волосах. Максиан легко отводил пламя, а когда огненные всполохи прошли и по его плечам, поняла, что передо мной инициированный маг огня.

Это открытие так ошеломило меня, что я не успела среагировать, когда он изменил под себя последнюю фигуру танца.

Мы замерли, прижавшись друг к другу в последних музыкальных аккордах. Я опиралась согнутой ногой на его вытянутую ногу, прижавшись грудью к его груди. Наши лица были непозволительно близко. Так завершают танец пары, но никак не случайные знакомые.

В его голубых глазах я увидела не прежний арктический холод, а пламя.

Манящее, искушающее. Его твёрдое горячее тело обжигало даже сквозь ткань нашей одежды. Ладони Максиана сильнее сжали ткань моего платья и чуть потянули меня вперед. Даже перед несостоявшимся поцелуем с Эманилем, мы не находились с ним так близко. Мысли о моей мнимой любви отрезвили. Первая отстранилась, присела в реверансе, принимая неприступный облик.

– Спасибо за танец, рьен фон Нейкер. Вы прекрасно танцуете, – Максиан, как и следует наследнику древнего рода, быстро справился с эмоциями.

Танец взволновал и его.

– Это вам спасибо, терра… – и он замолчал. Просто не сразу понял, что не помнит моего имени.

– Спасибо, что скрасили конец моего вечера, – выпрямилась и отвернулась от него, не желая освежать его память.

На самом деле, мне было всё равно, что он думает. Танец с ним прошёл чудесно. Но дали знать о себе горькие воспоминания о маме: она танцевала этот танец так ярко, что и партнёр не требовался.