Восстающая из пепла

– Она моя мама, – голос вмиг охрип, так страшно признаваться, рассказать о себе.

– Но ты человек.

– Нет, – грустно улыбнулась ему. – Феникс. Просто скрываю сущность за защитой.

– Не может быть, – прошептал он, глядя на меня широко открытыми глазами. В них не было неприязни. Наоборот, он смотрел на меня, как на ожившее чудо. Я протянула ему руку, чтобы помочь подняться. Мы так и не разомкнули ладоней, когда встали на ноги. Наверное, оба ещё были в шоке. – Расскажи мне обо всем, – он вел меня прочь с поля. Люди, что собрались вокруг, расступились, пропуская нас.

– Как тебя зовут? – руки моей он так и не выпустил. Оттого на сердце становилось тепло, прямо как когда мама находилась рядом.

– Прости, я не представился. Меня зовут Седрик. Седрик эль Огнарик.

– А я Ариадна. Ариадна Шеридан.

– Нет, – он посмотрел на меня почти сердито. – Ты Ариадна эль Огнарик. Хотя бы для меня, – добавил он, уже мягко мне улыбнувшись.

Седрик отвел меня в свой номер. Мой оказался роскошнее. Интересно, просто так выпало, как участникам от Веретрона, или декан воспользовался своими возможностями?

– Сними защиту.

Раскрой свою суть, – попросил он, глядя в мои глаза. И я послушалась. Плетение спало с ауры, выпуская её истинный свет. Окружающий мир взорвался лавиной ощущений и запахов. Зрение становилось острее, слух четче, а обоняние более чутким. Седрик изумленно оглядывал меня. Я знала, что сейчас иллюзии спадают, открывая мой истинный цвет глаз. – Невероятно! Ты уже взрослая, – он посмотрел на меня с таким сочувствием и горечью, что у меня самой заныло сердце. Он приблизился, взяв обе моих руки в свои, склонил ко мне голову, чтобы наши лбы соприкоснулись. Зажмурилась, вдыхая его запах. Было в нем что-то родное, теплое. Не знаю, сколько мы так стояли, может, пару минут, может, полчаса. Я тонула в этом ощущении близости, духовной, эмоциональной. Потом я рассказывала ему о маме, перейдя постепенно к своей жизни. Седрик – единственный сын старшего брата мамы Вилеса. Про то, что маму исключили из рода, он не знал. Предположил, что её магию заморозили за какую-то провинность. Мы пробыли вместе до позднего вечера. Просто разговаривали, общались, узнавали друг друга. Он дал мне подсказку, как пробудить маму, если она еще жива.

Игры теперь для меня отошли на второй план. Но все равно выкладывалась я по полной программе, чтобы как можно дольше оставаться рядом с Седриком. Ведь, если нашу команду исключат из соревнований, придется переселиться в другую гостиницу.