Мой лунный эльф или как не влюбиться по уши

– Не больна? С головой все в порядке? Я слышал, у людей очень хрупкая психика, чуть что, сразу раз – и вдребезги. Тебе бы проверится. У хорошего целителя.

– Я абсолютно здорова.

– Хм… А по поступкам сразу и не скажешь. Нет, ну если тебе так перворожденные нравятся, могла бы выбрать кого-то менее проблемного.

– Кого, например? – заинтересовалась я.

– Кого угодно. Вот хоть его, – рыжик ткнул пальцем в стоявшего рядом Йоннета.

Тот даже на месте подскочил от неожиданности. Побледнел, шарахнулся в сторону на всякий случай – чтобы внезапно не схватили и цветок не потребовали – и прошипел сдавленно:

– Я думал, мы друзья, Ноа.

– Верно, лунный ее теперь не отпустит. И другим не отдаст. Все, попалась, птичка, – «загрустил» Рыжик. – Ладно, Лер, раз уж сглупила и сбежать не удастся, так хоть выходной дополнительный выпроси. За вредность. У меня тут идея одна появилась…

– Выпросишь у него, как же, – в свою очередь пожаловалась я.

Да, Торэт оставался все тем же Торэтом – самоуверенным, требовательным, упрямым, временами язвительным и надменным. До «белого и пушистого» куратору было как до Луны пешком.

На занятиях меня по-прежнему строго называли «младшей», гоняли, заставляя по сто раз повторять одно и то же, выговаривали, ругали за бестолковость. И спорить мы не перестали – очень уж по-разному ко всему относились. Но когда дискуссия заходила слишком далеко и грозила перерасти в ссору, Риан вдруг порывисто прижимал меня к себе, зарывался лицом в волосы, выдыхал, обжигая висок горячим дыханием, и наши недопонимания моментально теряли значение.

– Ле-ра…

А еще были вечера, когда высокородный провожал меня домой и подолгу сидел в гостиной – пил чай, обсуждал что-то с Семеном, общался с девчонками. Короче, чувствовал себя как дома, а, уходя, так загадочно поглядывал на диван, что начинали закрадываться мысли: а не планирует ли он вообще к нам переехать? Ни Сэм, ни Алекс с Полли точно бы не возражали.

Друзья восприняли известие о наших с Рианом отношениях на редкость спокойно и без особого удивления – как нечто само собой разумеющееся.

– Давно пора, – хихикнула Сашка.