Униженная невеста. Как выжить в замке Дракона (СИ)

Я подхожу к зеркалу и понимаю, что выгляжу в ней, словно вдова при живом муже.

Я ложусь в кровать, которая еще хранит его тепло и вздрагиваю от неприятных воспоминаний. Я обнимаю подушку, чтобы хоть как-то успокоиться, и не замечаю, как проваливаюсь в сон.

Сплю я беспокойно: мне то снится дом, в котором отец смеется и говорит, что он всех обманул, то плачущая Софи.

Я просыпаюсь и долго лежу в темноте, думая о том, что Софи, наверное, тоже плохо в её новом доме, и я, наверное, это чувствую. Я жалею, что не была на её свадьбе и не видела её мужа, а значит и представления не имею, что он за человек.

На этих приятных фантазиях я снова засыпаю, но уже спокойно и на этот раз без снов.

Утром меня будит стук в дверь.

— Входите, — разрешаю я.

Я, надеюсь, что это не Ролдэн. Хотя он вряд ли стал бы стучать.

Слуга приоткрывает дверь и вносит поднос со словами:

— Вы проспали завтрак.

Это кажется актом заботы, но я-то понимаю, что он просто не хотел меня видеть и его мать тоже. Да ради бога! Мне тоже не слишком хотелось есть в окружении ледяных глыб. Кусок бы в горло не полез.

Как только слуга исчезает в дверях, я встаю с кровати и босиком иду к креслу, чувствуя под ногами мягкий ковер. Я устраиваюсь в кресле, забравшись в него с ногами. Раз я ем не за столом, то могу этикет и не соблюдать."

"На подносе стоит тарелка с оладьями, политыми клубничным вареньем, а в маленькой вазочке белой горкой возвышаются сливки.

А жизнь в это утро выглядит не так уж и плохо.

Я захватываю золотистый оладушек, окунаю его в сливки и с наслаждением откусываю большой кусок. Рот наполняется клубнично-сливочным вкусом, и я даже прикрываю глаза от удовольствия. Я наслаждаюсь каждым кусочком.

Должно же быть сегодня хоть что-то хорошее, потому что дальше точно не будет ничего.

Часы показывают уже одиннадцать. В двенадцать должен начаться прием. Гости из соседних государств, управляющие из разных частей королевства спешат поздравить Ролдэна и его отца и подарить подарки молодоженам.

Я долго перебираю платья. И останавливаюсь на сшитом из нежно-голубого атласа, которое заказывала для меня еще мама. Я хранила его для особого случая, и, думаю, он настал.