Целительница моей души

Пятница

— Вряд ли вам под силу то, чего я желаю, — пробормотала я.

— Мне подвластно многое, уж поверьте, — в голосе брюнета проскользнула гордость и даже надменность.

— Этого не сможет даже наш король, — усмехнулась я и получила очередной пристальный, но нечитаемый взгляд. Удивление? Недоверие? — Воскресить давно умерших не под силу даже Богине-Матери.

— Тут вы правы, — мой собеседник вновь помрачнел.

— Хотя… есть у меня одно желание. Попроще, — я смерила брюнета изучающим взглядом.

— Женится на вас я тоже не смогу, — покачал он головой, перехватив мой взгляд.

— Упаси Богиня! — непроизвольно воскликнула я, а потом спохватилась. — Простите, пожалуйста.

— Зато честно, — усмехнулся брюнет. Самым уголком рта, но усмехнулся же. — Учитывая мою внешность…

— А это здесь причём? Говорю же — всё уберу. Просто… вы простите, но если я и соберусь замуж, то уж точно не за такого мрачного типа, как вы. Только не обижайтесь, пожалуйста.

— На правду не обижаюсь. Так какое у вас желание?

— А кто из вас троих портальщик?

— Я.

Жаль. Лучше бы блондин. Хотя Миллард был бы еще хуже.

— Когда я вылечу вашего больного — не могли бы вы дать несколько уроков моему младшему сыну?

— У вас есть сын? — всё это время привычно глядящий в потолок пациент развернулся ко мне всем телом, внимательно разглядывая, словно впервые увидев. — То есть, у вас есть младший сын, достаточно взрослый, чтобы ему понадобились уроки портальной магии?! Да сколько же вам лет?

— Тридцать, — привычно соврала я. — Младшему сыну одиннадцать, старшему — тринадцать.

Вполне нормальная разница, девушки-простолюдинки выходят замуж в шестнадцать, а то и в пятнадцать лет. Вот если бы я себе еще и тройняшек приписывала, тут да, было бы подозрительно. А с младшими — нет.

— Вы не выглядите на тридцать, — мужчина всматривался в моё лицо, словно в поисках признаков старения.

— Я сильный маг, — пожала плечами, мол, и сам мог догадаться. Маги старели медленнее обычных людей, и чем маг сильнее — тем дольше он жил. Герцогу, моему прадедушке, было сто тридцать четыре, он прожил бы ещё лет тридцать-сорок, не меньше, и даже в этом возрасте у него хватило сил отправить нас, десятерых, на другой континент.

— Вы не выглядите на тридцать, даже как сильный маг.

Какой настырный! И ведь прав — я не выглядела на тридцать, поскольку мне всего лишь двадцать пять. Но этого говорить я никому не собираюсь, у меня припасено другое объяснение, возразить на которое ему будет нечем.

— Я целительница.