Трепанация прошлого

От удовольствия таял! А теперь представь себе, как на тебя завтра все смотреть будут. Раньше-то поглядывали с уважением, с опаской глядели, а теперь будут с насмешкой. Да еще и похихикают за спиной. Ты не только сам сглупил, но еще и меня подставил. За что тебе большое человеческое спасибо!

— Да что он себе позволяет?! — Гуров даже на ноги вскочил.

— Только то, что может позволить в силу звания и должности! — заявил Петр и шарахнул кулаком по столу. — Я тебя вчера предупредил, чтобы ты был поаккуратней со Щербаковым, а то костей не соберешь.

А ты мои слова мимо ушей пропустил. Тебе шлея под хвост попала, и ты выпендриться решил! Показать, что тебе на всех наплевать и авторитетов ты не признаешь. Поздравляю! У тебя отлично получилось. А теперь иди и думай, как ты будешь Щербакову доказывать, что действительно профессионал, а не мой любимчик, которому я протекцию составил. Валите отсюда оба!

Взбешенный Гуров и притихший Крячко вышли из кабинета Орлова и направились к себе.

— Ошибся ты, Стас, в Щербакове, — севшим от ярости голосом сказал Гуров.

 — Да, в Истре я повел себя неправильно, согласен. Но и он не мужик, а баба базарная. Если я виноват, то пусть бы мне и высказывал, а не поливал всех подряд тем, что в голову ударило. Ничего! Он у меня своими же словами подавится!

— Лева, не усугубляй ситуацию, — предостерег его Крячко.

— А что он мне сделать может? — Гуров зло усмехнулся. — Как говорится, дальше фронта не пошлют. А в отставку выходить когда-нибудь все равно надо будет. Ничего! Разберусь быстренько с этим делом и рапорт подам.

Ему нужны подхалимы, лизоблюды и доносчики? Вот пусть теперь они дела и раскрывают!

Они вошли в свой кабинет и сели напротив друг друга.

Лев Иванович немного успокоился и спросил:

— Ты знал о том, что произошло?

— Нет. Петр мне ничего не говорил, видимо, ждал, когда ты придешь. Он мой номер набрал, сказал, что распечатки телефонных звонков готовы, и я к нему заглянул. А потом ты появился.

— Ты отдай мне распечатки и езжай домой. А я тут посижу, подумаю, что из них выжать можно.

— Лева, одна голова хорошо, а две…

— А две — уже мутант, — ответил Лев Иванович избитой шуткой, хотя ему было совсем не до смеха. — Езжай. Нечего двоим тут сидеть.

— Так, может, заберем документы и двинем ко мне? Поедим нормально, примем по пять граммов для нервов и вместе все обмозгуем? — предложил Крячко. — У меня и переночуешь.

— Нет! — решительно заявил Гуров. — Мне надо кое-что обдумать.

— Смотри. — Стас пожал плечами.