Третий Генерал: Том VI

Слышу недовольные голоса, но закрываю дверь и сразу вешаю барьер на неё дабы нам никто не помешал.

Михаил сидел за столом и обедал. Моё появление застало его врасплох. Лишь спустя небольшую заминку он начал говорить:

— Никита, а что ты…"

"Я как шёл от двери к его столу, так и шёл. А затем резко запрыгиваю на мебель и бью ногой в лицо Лермонтова. Тот вместе со стулом падает на пол, слышу крик боли, парень зажимает разбитый нос и всё ещё находится в смятении. Мне хватает времени спрыгнуть со стола и наступить ногой на горло Михаила.

Тот, наконец-то, начинает что-то предпринимать и первым делом вытягивает правую руку пытаясь атаковать меня магией. Но у него ничего не получается так как я чистой силой давлю на него и подавляю его дар. А заодно хватаю его кисть и резким движением ломаю кости запястья, отчего Лермонтов снова вскрикивает от боли.

— Здравствуй Михаил, — наконец начинаю говорить я. — Для начала позволь сказать, что в моих действиях нет ничего личного.

Всё дело в том, что ты работаешь на Совет Неназванных. Начинай меня внимательно слушать, повторять не буду. Вчера вечером на меня было совершено покушение. Ко мне послали легионера по имени Илор, он профессиональный убийца. Как видишь у него ничего не получилось. Более того — я взял его живым в плен, допросил и сейчас он у меня в руках. Просто этот убийца нужен мне живым дабы повторить рассказанное мне в любой момент. Один из членов Совета послал его убить меня, вся нужная информация уже ушла к одному из Неназванных. Однако мне нужно послать Совету личное послание, а ты единственный человек связанный с этой организацией, который находится, скажем так, в шаговой доступности.

— Но я… Я и мой род…

— Да-да, вы не имеете к этому покушению никакого отношения, твоя семья вообще в так называемой фракции умеренных, поэтому и говорю — ничего личного. Мне искренне жаль, что ты попал под удар, я прошу у тебя прощения. Тем не менее обстоятельства складываются так, что ты сам по себе можешь стать посланием Совету.

И заодно передашь им кое-что на словах. Тот, кто покушался на него, должен понести самое строгое наказание. Если Совет всё спустит на тормозах или решит затягивать с решением, для начала я накажу этого и его близких сам. А уже позже решу выяснить отчего же Совет медлит, когда я успел передать им все доказательства вины этого человека. Неназванным вряд ли это всё понравится.