Тайный сын миллиардера

Вероятно, она хотела перебраться по низкой крыше, но лестницы не было, а прыгать с высоты второго этажа могло быть чревато последствиями.

— Василиса!

Я буквально взлетел в воздух, как будто на ракете, и в два крупных прыжка пересек отделяющее нас расстояние.

— Кирилл?

Василиса задрожала, вытерла слезы и посмотрела на меня удивленно, как будто совсем не ждала моего появления.

— Я, это я… Иди сюда!

Добравшись до Василисы, я крепко обнял ее, стиснув в объятиях до звонкого хруста.

— Ай… Мы сейчас упадем!

— Не упадем.

Меня словно прорвало, я крепко держал плачущую Василису и не мог перестать целовать ее волосы, лицо и шею, даже плечи пытался поцеловать.

— Мирослав! Ты должен увезти Мирослава. Он с Ясей, я ей звонила. Не знаю, смогла ли она меня понять!

— Не переживай за Мирослава.

— Это… Это точно?! Кирилл! Это точно?! — вцепилась в мои плечи Василиса.

— Точнее не бывает. Хочешь, даже позвоню? Только я задом на телефоне сижу. Он в заднем кармане. Давай дождемся, пока нам лестницу приставят? — попросил я.

Василиса закивала.

— С Мирославом точно все в порядке?

— Клянусь, что так. Он вместе с Ясей и Агни. У Савицкого… Ты его не знаешь, но это мой друг. Мой очень хороший друг. Почему ты так многого обо мне не знаешь? — усмехнулся я.

— Стефан уехал.

— С этим мерзавцем я еще разберусь, как следует! — помрачнел я. — Причина не столько в тебе, сколько во мне. Оказывается, мой папаша давным-давно перешел дорогу его семье, обошелся с ними гнусно, а он затаил злобу, набирался влияния и выжидал удобного момента, чтобы отомстить! Мстил мне, но втянул в это тебя и сынишку…

— Как? У меня голова кругом? Ничего не понимаю.

— Я все объясню, — обнял Василису еще крепче, бережно прижимая к груди.

— Дурак, Кирилл. Ты дурак… — заплакала Василиса и ударила меня по груди кулаком. — Я хочу быть с тобой. Хочу, но просто не могла довериться без оглядки после того, что было в прошлом, а сейчас я даже не знаю, как разобраться с тем, что произошло сейчас!

Я понял, что она собиралась сказать, на что намекнула и не решилась произнести вслух.