Свидетель

Интересно, а если она здесь, в мире иллюзий, позволит себе чуть больше, их отношения в реальной жизни изменяться?

И да, ей неожиданно понравилось ощущать на себе вес Дарена. Он удерживал себя на руках, расставив их по обе стороны от её головы.

Но сон резко оборвался, когда Дарен потребовал, чтобы она посмотрела на него. Чтобы что-то поняла…

— …Я не хочу и не буду тебе мстить… ничего не изменилось…

Тая сглотнула.

Он не будет мстить?

Вот теперь Тая окончательно уверовала, что происходящее ни коем образом не относится ко сну.

Да и взгляд Дарена, впившийся в её лицо, откровенно тревожил и настораживал куда более его пахабных заявлений о том, что он собирался с ней сделать и каким образом. Потому что в этом взгляде промелькнуло знакомое Тае выражение — именно так Дарен смотрел на неё несколько лет назад. И, спроси сейчас Таю: хорошо это или плохо, она не найдется, что ответить.

— Я понимаю, — она не врала. — Но… почему?

— Почему я отказался от мести?

— Да.

— Потому что идиот, который в своё время напортачил так, что сейчас не разгрести.

А вот это его выражение Тая совершенно не поняла, но уточнять не стала.

Если Дарен сказал правду — а у неё не было оснований упрекать его в склонности ко лжи — то единственное, что её должно заботить — его желание примириться. Отказ от мести тому доказательство.

И привязка.

По поводу неё Тая тоже пока отказывалась думать. Потому что слишком невероятным был напрашивающийся вывод.

Тае было трудно смотреть на Дарена.

На его красивое, мужественное лицо с глубокими морщинами и с загаром, полученным от солнца, что отражалось на поверхности снежного наста. На жесткую линию рта, на волевой подбородок, к которому она когда-то любила прикасаться. Не могла Тая не заметить и выступивших на висках вен, что свидетельствовали о напряжении, бушевавшем в Дарене.

Да и эрегированный член, упирающийся ей в бедро, говорил о многом.

В первую очередь о том, что мужчина сдерживается.

Всевышний…

Почему… Для чего…

Вот тут Тая перестала понимать.

Вперед её гнали инстинкты, женское начало, которое сейчас осторожно нашептывало, что она должна проявить инициативу, она должна переломить плескавшийся внутри страх, перебороть себя. И тогда, возможно, у неё будет шанс на новое начало.

Тая, находясь под Дареном, была ограничена в движениях. Ни вздохнуть полной грудью, не выбраться. Но ноги развести шире она оказалась в состоянии.

Тая действовала медленно.