Связанные честью

Затем прикоснулась к соскам Луки кончиками пальцев, и он застонал в ответ. Он быстро освободился от своих штанов. Я опустила губы к его эрекции, но остановилась в дюйме его головки:

— Если ты не будешь тихим, я остановлюсь.

Глаза Луки вспыхнули. Он положил руку мне на голову:

— Возможно, я не позволю тебе остановиться.

— Возможно, я укушу.

Лука усмехнулся:

— Делай со мной все, что захочешь, я не издам ни звука. Не хочу оскорблять девственные уши твоей сестры.

— Как насчет моих девственных ушей? — я поцеловала его головку.

— Ты уже не должна была остаться таковой, — сказал Лука тихо. Я взяла его член в рот, чтобы отвлечь его. Он издал горловой звук, а затем успокоился, когда я позаботилась о нем.

Я отступила назад до того, как он кончил.

После того, как привел себя в порядок, Лука обнял меня.

— Я сожалею о том, что сделал твой кузен, — сказала я в темноту.

— Я должен был лучше знать, что не следует доверять кому бы то ни было. Доверие - роскошь, которую люди в моем положении не могут позволить себе.

«Ты можешь доверять мне», — хотелось мне сказать, потому что он мог. Неважно, как сильно я пыталась бороться с этим, я влюбилась в него.

— Жизнь без доверия одинока.

— Да, это так. — Он поцеловал меня в затылок, и мы замолчали.

***

Когда я проснулась, Лука еще спал, его тело обернулось вокруг моего, его твердость прижалась к моей пояснице. Я выпуталась из его объятий и проскользнула в ванную. Еще было рано, но Джианна была жаворонком, и я не могла дождаться, чтобы провести с ней день. Я приняла долгий душ, почувствовав себя бодрее.

— Снова твердый?

Он зарычал:

— Я всегда твердый для тебя. Однажды мои яйца взорвутся.

Я услышала движение где-то в квартире, затем проклятие. Джианна уже бодрствовала.

— Я должна пойти к ней.

— О нет, перестань, — прохрипел Лука. Он собственнически поцеловал меня, и я встала на цыпочки, чтобы ему было легче.

У меня перехватило дыхание. Мы смотрели в зеркало от пола до потолка напротив кровати. Лука схватил полотенце и сбросил его, оставив меня обнаженной. Он целовал меня в шею, глядя на меня в зеркале.