Связанные честью

Я поцеловала его в щеку и обняла за шею:

— Мы можем поговорить немного?

По выражению лица Луки было очевидно, что разговор - это последнее, о чем он думал, но все же прислонился к стене джакузи.

— О чем ты хочешь поговорить?

Одна из его рук скользнула ниже и начала ласкать мою задницу. Я не позволила ему отвлечь меня от моей цели, даже если это было очень отвлекающим. Голодный взгляд Луки тоже не помогал.

— Что случилось с твоей матерью? — Я знала, что она умерла, когда Лука был маленьким мальчиком, но Умберто не сказал мне больше.

Тело Луки напряглось, взгляд стал жестким.

— Она умерла, — он отвернулся, сжав челюсти. — Это не то, о чем бы мне хотелось говорить сегодня вечером

Его упрек ужалил. Я хотела стать ближе к нему, хотела узнать больше его сторон, но было ясно, что он не позволит мне. Я кивнула.

Лука убрал руку от моей задницы и медленно провел ей по моему бедру, затем опустил ниже, пока не достиг внутренней стороны бедра. Он скользнул под ткань трусиков, потирая пальцем мои складочки.

Из горла Луки вырвался глухой рык, когда он уставился на мою грудь. Затем он низко наклонился и втянул мой сосок в рот, в то же время потирая большим пальцем мой клитор.

— Нет. Смотри на меня.

И я смотрела. Я наблюдала, как мой сосок снова исчезает у него во рту, наблюдала за ним, когда он дразнил его языком, глядя на меня голодными серыми глазами. Он мягко прикусил его, и мои бедра опустились на его руку, которая все еще дразнила мои складочки.

— Лука, что... — Лука сорвал нижнюю часть моего купальника, почти разорвав. Я ахнула и попыталась сдвинуть ноги, но Лука разместился между ними, развел мои ноги максимально далеко друг от друга и опустил голову.

Я задохнулась снова, испуганная и ошеломленная, и… о, Боже. Лука провел языком от моего входа до клитора.