Светлым магам вход воспрещен

Под внимательными взглядами главы семьи еда не лезла в горло, а те куски, которые все же удавалось проглотить, падали в живот тяжелыми колючими камнями. На десерте я сломалась и под благовидным предлогом – мол, голова заболела – сбежала из столовой.

Ристаду предстояло развлекать гостей, пока те не надумают разойтись по комнатам. Стоило воспользоваться моментом и забрать из кабинета стрекозу. Вдруг завтра не представится случая? А если матушка узнает, что брошка потерялась, разыграет настоящую трагедию. С тремя актами.

В башню направилась сразу, не теряя даром времени. Дверь в кабинет оказалась гостеприимно незапертой: заходи кто хочешь, забирай любые шпионские побрякушки. И хотя шагов никто не мог услышать, я все равно кралась на цыпочках, очень осторожно, боясь нарушить хрупкую тишину. Комнату окутывали вечерние сумерки, окрасившие воздух сизым светом. Воздух пах горьковатым благовонием, сугубо мужским и сдержанно-строгим.

Наверное, по время королевской службы темный властелин тоже был очень-очень строгим магом. Понятия не имею, почему от этой мысли где-то в районе сердца появлялся подозрительный трепет.

Подобравшись к окну, я подергала портьеру, потом вторую. Стрекоза облегчить мне жизнь и просто упасть сверху не торопилась. Видимо, прицепилась намертво. Пришлось вскарабкаться на подоконник и проверить складки… Я с энтузиазмом перетряхивала шторы. Пыли не было. Броши тоже.

– Развлекаешься? – прозвучал из дверей ленивый голос Ристада.

"Скрестив руки на груди, он привалился плечом к косяку и с любопытством поглядывал в сторону окна, на фоне которого во весь рост застыла растрепанная от поисковых усилий светлая чародейка. И этой чародейке не удавалось придумать какую-нибудь мерзостную живность, способную обратить ее в бегство и загнать на верхотуру. Свалила бы на курсовой проект Нестора, но все давно догадались, что ни крысы, ни умертвия, ни прочие темные гады меня не пугали.

– А как же гости?

– Поднялись к тетке в башню. Время похоронных подарков.

Неторопливой поступью он приблизился к окну, встал в полушаге.

– Не это ищешь?

Между пальцев блеснула знакомая золотая стрекоза, и на секунду меня пробрал паралич.

– Вообще-то, я проверяла пыль на карнизе, – на ходу сочинила я, заранее отпираясь от любых обвинений в том, что четыре дня вдохновенно подслушивала мужские разговоры.