Светлым магам вход воспрещен

Оставшись без капли магии, один на один с мрачным, как освещение в глубокой пещере, властелином, я должна была испугаться и начать шустренько придумывать план, как выбраться из передряги, но из головы никак не уходила идиотская мысль, что кости дракона в столичном музее полностью фальшивые! Я-то полагала, будто в том скелете сохранилась хотя бы парочка натуральных ребер, а музейные мошенники все распродали в закрытые коллекции. Какое нечеловеческое разочарование!

– Так вы поэтому притащили меня по морозу в пещеру? – насмешливо спросила я.

– Нет.

– Тогда зачем? – спросила и сама догадалась: – Здесь я безоружна.

– Любовный приворот в бокале Хэллроя, – проговорил он тоном судебного дознавателя."

"В утвердительной, на первый взгляд, фразе скрывалось столько вопросов, что коротко не ответишь, но я, конечно, постаралась:

– Глупое недоразумение.

– Точнее.

– Я даже пыталась его остановить, – добавила, отказываясь вдаваться в подробности.

– Элоиза Богарт, – уронил он, требуя объяснить, какого демона ведьма лишилась маскирующих чар и со всех ног понеслась к родителям. Видимо, жаловаться и снова наводить красоту.

– Самозащита.

– Кто из вас защищался? – насмешливо уточнил Ристад.

– Она хотела лишить меня волос, – развела я руками. – Кстати, не помню, чтобы мы переходили на «ты».

– Можешь по-прежнему называть меня господин Торстен, – кивнул он.

– Благодарю за предложение, господин Торстен.

Уголки губ «справедливого и щедрого» дернулись, готовые изогнуться в улыбке, но он стоически подавил порыв, вернув лицу непроницаемость.

– Крысы, – резко бросил он, требуя объяснений, отчего по замку носилась четвертушка курсового проекта Нестора и грозила опозорить хозяев перед гостями.

– Случайность.

– Неужели? – хмыкнул Ристад. – И ты даже пальцем не пошевелила?

– Более того, просто неудачно рядом постояла! – почти искренне возмутилась я.

– Мне страшно представить, что случится, когда ты надумаешь специально причинить добро и намеренно попытаешься осчастливить нас благодатью.

– Нет-нет, – уверила я с самым честным видом. – У вас такое темное царство, что ни одних сил не хватит сеять добро. Давайте, Торстены, как-нибудь сами.

Некоторое время в молчании мы смотрели друг на друга сквозь темноту.

– Допрос с пристрастием закончен?

– Нет.