Стервятник

Кстати, прихватите хотя бы один документик по грузовому порту и персонально по Звягину…

Это была ловушка, не столь уж изощренная, но позволявшая надежно подловить стороннего киллера или мошенника. К несчастью для г-на Вершина, его супруга сообщила Родиону единственно верный ответ…

– Вы меня ни с кем не путаете, любезный? – с ноткой здоровой наглости спросил Родион. – Если мне память не изменяет, вам нужны бумаги по автоперевозкам и персонально Левушке, а не каком-то мифическом Звягине…

– Ну, простите, – без всякого раскаяния хохотнул собеседник.

 – Тесты – вещь необходимая… Жду.

– И давайте без лишних свидетелей. Меня кое-кто в вашей конторе знает в лицо, а вы ведь за всех стопроцентно не поручитесь?

– Логично… Организуем безлюдье. Все?

– Все, – сказал Родион.

Повесил трубку и, придвинувшись поближе к телефону, попробовал рукой, прочно ли сидит за поясом, под курткой, тяжелый «ТТ» с глушителем. Запустив два пальца в тесный карман джинсов, лишний раз убедился, что запасная обойма лежит, как положил – патроны смотрят головками влево, можно выхватить на ощупь… Волнения и страха не было – одно азартное любопытство.

Если приговоренный доверяет супружнице не до конца – на седьмом этаже окажется комитет по встрече (никакой милиции, но от этого не лучше, наоборот). Если сокровище имеет глупость доверять женушке всецело – плохи дела у подрастерявшего крутость бизнесмена… Интересно, что это за бумаги такие и чем ценны?

Он вошел в огромный вестибюль – решительным шагом, ни на миг не выказав неуверенности.

В углу за полированным столом с парой телефонов помещался пожилой вахтер, но он реагировал только на тех, что оказывались тут впервые и начинали растерянно топтаться. Вчера и позавчера Родион уже был здесь, прошелся по этажам и убрался незамеченным, так что знал, где располагаются лифты. Выбрал ту площадку, что была ближе, – в противоположном конце вестибюля имелись еще четыре, но там толкался народ."

"Четыре двери, по две с каждой стороны.

Горят три желтых стрелки – два лифта уходят вверх, один идет сверху, дверь четвертого гостеприимно распахнута, обширная кабина с зеркалом во всю стену пуста. Мир вокруг казался необычайно ярким и четким, под черепом уже знакомо, не принося с собой боли, пульсировал мягко неощутимый шар, ноздри щекотал странный запах – смесь сладкого тления с вонью горящих листьев…

Лифт шел вверх без остановок. Так никто и не подсел. Все.