Стервятник

"

"Железное позвякиванье этажом ниже, на втором, прекратилось, Родион стоял, сдерживая дыхание, глаза понемногу привыкали к темноте. С улицы сквозь крохотные горизонтальные прямоугольнички окон проникало немного бледного света.

Звяканье и хруст внизу возобновились. Никаких сомнений теперь не осталось – трудился домушник. На цыпочках Родион, миновав два лестничных марша, рассмотрел смутно склонившуюся у двери фигуру – у ее ног стояла небольшая квадратная сумка, тщательно просчитал все и кинулся вперед.

Фонарик не понадобился, в общем.

– Стоять! Тихо, не дергаться!

Какая-то железяка со звоном упала на бетонный пол. Ошарашенная жертва не оказала ни малейшего сопротивления. Времени терять не следовало, иначе упустишь главный свой козырь – внезапность, кто знает, что у него в кармане, еще сопротивляться начнет…

– Руки назад, тварь! – шепотом рявкнул Родион.

Когда тот оторопело подчинился, левой рукой вырвал ремень из петель, потянул пленника за шиворот назад и, продев конец ремня под перила, быстренько сделал знакомую каждому солдату «мертвую петлю». Затянул рывком. Теперь пленник был накрепко принайтован к перилам, самому, без посторонней помощи, освободиться из этого капкана невозможно…

На миг включив фонарик, осветил испуганное, не столь уж молодое лицо с растрепанным чубчиком и крупным носом. Свой брат, славянин, мгновенно определил Родион.

– Работаем?

– Слушай, братан, я ключ потерял… Вожусь вот…

– А почему – шепотом? – Родион, посветив себе фонариком, узрел, что небольшая сумка, скорее, ящичек из черной пластмассы, набита какими-то непонятными железками. – Это что – набор «Для дома, для семьи»?

– Хозяин, будь человеком, отпусти душу на покаяние… – тем же быстрым шепотом взмолился пленник. – Сука буду, и близко не покажемся…

Тщательно охлопав его, Родион извлек из внутреннего кармана куртки небольшой тяжелый револьвер.

– Да газовик, газовик… – заторопился пленник. – Забери себе, возьми бабки в кармане – и разойдемся… – Должно быть, он уже сообразил, что Родион ведет себя как-то странно, не орет, поднимая соседей, не торопится бить по голове – и это, по голосу слышно, придало незадачливому домушнику уверенности.

Спрятав револьвер в карман, Родион преспокойно спросил:

– Кто это – мы? Где второй? – больно поддел дулом пистолета ноздрю.