След на весеннем снегу

– Да, Игорь, конечно, – сказала она, чувствуя себя идиоткой. – Калина, просто Игорь – мой охранник. Я тебе потом все объясню.

– Хорошо, – согласилась та.

Офис располагался в том же здании, что и магазин автозапчастей, который тоже принадлежал Троекурову. Кабинеты находились на втором этаже. Наблюдательная Мила отметила, что приемная директора располагалась прямо рядом с лестницей, а бухгалтерия чуть дальше по коридору.

Светлана Мещерякова оказалась разбитной разведенкой за тридцать. Выглядела она именно так, как полагается провинциальной красавице при неплохих деньгах, но с полным отсутствием вкуса: кудри на высоко взбитой прическе из осветленных волос, наклеенные и сильно изогнутые ресницы, делающие ее похожей на куклу, надутые силиконом до неестественных размеров губы, густо подведенные синим глаза и ярко-алая, чуть расплывшаяся на трещинках вокруг губ помада.

Одета она была в леопардовую водолазку, туго обтягивающую грудь, надо признать, роскошную, короткую черную юбку, открывающую крепкие полноватые ноги, и ботинки на платформе.

Мила перевела взгляд на тоненькую изящную Калину, одетую в простые, но безукоризненно сидящие джинсы и неброский, но довольно дорогой свитерок. Не мог Сергей Троекуров, даже внезапно лишившись разума, пусть и ненадолго, но все-таки решить развестись со своей женой ради такой женщины, как Мещерякова. Не мог, и все.

При их появлении бухгалтерша встала из-за стола, выплыла навстречу, широко раскинув руки для объятий.

– Брательник, а ты какими судьбами? – удивилась она.

– Я Камиллу Александровну сопровождаю.

– А что? Миллионы от найденного клада кто-то отнять пытается? – хмыкнула Мещерякова.

Мила поняла, что бухгалтерша прекрасно знает и кто она, и про найденный клад осведомлена тоже. Что ж, неудивительно. Малодвинск город небольшой, все как на ладони.

– Света, мне нужны деньги, – сказала Калина, решив перейти сразу к делу. – Сережа мне переводил на карточку определенную сумму на хозяйство, но месяц уже кончается. К тому же впереди похороны, да и вообще понять надо, как жить дальше.

– Фирму продашь? – спросила Мещерякова. – Или оставишь? Хотя, честно тебе скажу, в последнее время дела шли не очень, так что на счетах почти ничего нет.