След на весеннем снегу

Лишь убежденность, что он поступил правильно, и уверенность, что все обязательно будет хорошо, просто позже. Когда? Она не знала.

Надев клетчатую пижаму, привезенную мамой несколько лет назад из Лондона, куда она как литературный переводчик ездила на книжную ярмарку, Мила юркнула в постель, выключила свет и тут же уснула. Рядом, в своей новой лежанке, купленной взамен изуродованной неведомым взломщиком, сладко посапывал Кактус.

Утром субботы Мила проснулась лишь в половине восьмого. Ее пес сидел рядом и требовательно смотрел ей в лицо, пойдем, мол, на улицу.

– Бедный ты мой, – пожалела Кактуса Мила, – твоя хозяйка дрыхнет, а ты вынужден терпеть. Хорошая собака, воспитанная. Сейчас пойдем гулять, я быстро."

"Она сменила пижаму на спортивный костюм, встиснула ноги в удобные ботинки, натянула шапку. Синяк на лице цвел, сменивши раскрас с фиолетового на желтый, как и положено. Мила быстро замазала его тональным кремом.

– Доброе утро, – сквозь зубы поздоровалась Мила, так как была вежливым человеком, однако охранник не удостоил ее ответом, только кивнул.

То ли из чувства противоречия, то ли потому, что субботнее утро действительно располагало к длинным прогулкам, но сегодня она пошла с Кактусом по большому кругу – дойдя до парка, потом по набережной, потом по перпендикулярной улице, которая, неожиданно для нее самой, привела Милу к гостинице «Северное сияние».

Красная «Альфа Ромео» стояла на своем привычном месте – ровнехонько под нацеленным на нее всевидящим оком видеокамеры. Рядом дремал неприметный «Форд».

Мила уже было двинулась дальше, тем более что Кактус натягивал проводок, явно интересуясь близлежащими кустами, как вдруг дверь гостиницы открылась и на пороге появился Андрей Васильев, причем не один. Рядом с ним стояла администратор со странным именем Харза. Мила скорее не увидела, а почувствовала, как Николай застыл за ее спиной.