Сломанная защита

Краска для волос не заменит запах кожи, мягкую улыбку, а также взгляды, не поставит человека на ту же волну, не создаст копию. А еще потому что Котеночек залезла в по-настоящему личное. А мое личное трогать нельзя никому. Я сам впускаю, когда считаю нужным.

У каждой тупости есть предел, и вот Котеночек перепрыгнула далеко за границу допустимого. Порвал с ней в ту же минуту, с тех пор не виделись.

— И все-таки? — повторяет он вопрос.

— Она залезла в мой телефон, — ограничиваюсь этой причиной, впрочем, ее вполне достаточно.

— Хм-м, ясно. Ты не против, если я с ней закручу-заверчу? Она ко мне подходила недавно в баре, плакалась, что хочет теперь только с адвокатами. Но если ты против, то я не буду, разумеется.

— Мне пофиг. Но телефон на ночь все же выключай. И постарайся сделать так, чтобы она не попадалась мне на глаза.

— Это само собой, мог бы даже не предупреждать.

Глава 24

Андрей

В понедельник моя нервная система искрит с самого утра, вторая чашка кофе не придает спокойствия, лишь обостряет восприятие.

Проблема в другом. Квалификации Оксаны вполне хватит отыскать предлог для очередной отсрочки. Решение при любом раскладе будет в пользу Голубева, но Оксана запросто может растянуть процесс на годы. Апелляции, кассация… а этого допустить нельзя.

Голубев ждет от меня официальных извинений за причинение легкого вреда здоровью, но что-то я не помню, чтобы победивший боксер просил прощения у побежденного.

— Я рассчитывал услышать извинения, Андрей Евгеньевич, — говорит он мне по телефону. — Но вы сами почему-то не догадались, — наконец-то демонстративно «выкает». Некоторым людям можно объяснить основы субординации только ударом по физиономии.

— А я — поздравлений с победой, — парирую, не удержавшись.

Секретарь прислала ему цветы от фирмы, что еще нужно?

Голубев набрал меня — сообщить, что не сможет присутствовать на заседании.

— Я надеюсь, вы будете так же дерзки и уверенны сегодня в суде? — говорит он мрачно.

— Даже не сомневайтесь. Можете открывать бутылку шампанского.

— Пожалуй, не будем забегать вперед.

Без присутствия Голубева мне спокойнее, не нужно постоянно контролировать его поступки и взгляды, а также свое навязчивое желание протащить клиента лицом по асфальту.