Сломанная защита

Потом еще раз. И так четыре раза подряд. — И сегодня, и завтра… и накануне суда. — И хоть мне ужасно не хочется покидать его объятия, я понимаю, что это самый лучший момент уйти. Усилием воли заставляю себя отвернуться и проследовать наверх, туда, где находится раздевалка с душевыми. Он провожает меня взглядом, не двигаясь.

— Я буду ждать твой ответ, — слышу в спину. -

Я правильно сделала, что ни о чем его не просила. Он сделает все сам, добровольно. Осталась самая малость — поверить человеку, терроризирующему меня целый месяц!

Даже не представляю, что сейчас творится у него внутри.

Я добилась того, что он вынужден играть на два фронта. Вот только не могу разобраться, что думаю по этому поводу.

Он бы никогда не поставил на кон карьеру ради интрижки. Ему никогда не простят предательства клиента, как и связи с женой доверителя."

"Что если он врет? Что если честно хочет помочь?

При мысли о последнем мое сердце колотится на разрыв. Иногда нужно проиграть бой, чтобы выиграть войну.

Глава 23

Андрей

Время сжимает виски, даты в календаре меняются с безумной скоростью, в декабре-январе всегда так.

Мы не любим тянуть за собой в новый год долги и незавершенные дела. Помимо этого, со всеми клиентами непременно нужно встретиться, поздравить от команды нашей фирмы. Работа при этом никуда не девается, как и корпоративы, на которых тоже следует присутствовать. Тридцать первое декабря — обычный рабочий день, но покидаю я офис необычно поздно — в половину пятого утра первого января. Где-то в районе двух вырубился прямо за столом.

Такого давно не было. Наверное, с тех пор, как трудился помощником. В то время я практически каждый день задерживался допоздна или приходил перед рассветом. Выходных не было, как и отпусков. Сон был чем-то… будто необязательным. Непозволительной роскошью. Поддерживал драйв от перспектив, азарт перед каждой сделкой. Сейчас я сплю как младенец, легко отключаясь от сложностей доверителей. Спал, разумеется, раньше. До веснушчатых яблочек Лидии.

Первого января привожу себя в порядок дома, навещаю родителей, а затем — Тоню. У нас с ней давняя традиция еще с тех пор, как она была ребенком, — я приезжал в костюме Деда Мороза и привозил подарки. Сейчас ей шестнадцать, и я избавлен от необходимости тащить на другой конец города красную шубу и посох наперевес, но когда она видит красный колпак и ватную бороду — смеется.

Мы встречаемся в машине у ее подъезда.

— Как новогодняя ночь? — спрашивает.