Законный брак

Как бы ни злобствовали лицемерные горожане, они не посмеют обвинить меня в лицо – имя и деньги мужа заткнут им рты…

Господи, ну почему люди придают такое значение чужой жизни? Почему им не живется спокойно, и нужно обязательно сунуть нос в дела ближнего? И почему этот чертов Кейн такая бессердечная сволочь?"

"Нет, я не успела, да и не собиралась в него влюбляться, но наша последняя ночь… Она что-то изменила во мне, возродила старые мечты, заставила потянуться к мужу, пробудила желание узнавать его и попытаться стать ему хорошей женой.

– Так от кого письмо-то? – вывел меня из задумчивости голос Ильды. – Госпожа Кэролайн? Чего это вы побледнели? Неужто случилось что?

Я посмотрела на служанку, сложила бумагу и попыталась улыбнуться, но губы не слушались. Проклятье! Не хватало еще позорно разреветься.

– Ох ты ж, божечки! – всполошилась Ильда и едва не расплескала молоко.

– Кэри? – встревоженно окликнул меня дядюшка, и я глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки. Нельзя пугать близких.

Я сильная. И всегда справляюсь с любыми трудностями, а это даже не трудность, а так, ничего не значащая мелочь.

– Все хорошо, дядя Ирвин, – повернулась к родственнику.

– Голова закружилась? – тут же насторожилась Иль.

Она поставила стакан на столик и скрестила на груди натруженные руки.

Господи, зачем я это сказала? Теперь ведь кудахтанья не оберешься…

– С чего бы это? – разошлась Ильда. – Может, не выспались? Или…

Она неожиданно замолчала и уставилась подозрительным взглядом на мой живот.

– Ни с чего, – оборвала я ее глупые подозрения. – Принеси теплую шаль, пойду воздухом подышу.

Оставаться в доме и терпеть расспросы служанки не было никакого желания. Как всегда в моменты волнения, мне сложно было усидеть на месте. И почему-то тянуло к воде. Не знаю, откуда во мне эта тяга, но с самого детства в трудную минуту я чувствовала потребность оказаться рядом с водоемом. И ничего не могла с собой поделать.

– В саду? – не отставала Иль.

– Да.

– Ага, сейчас, я мигом, – засуетилась Ильда, и голос ее зазвучал подозрительно ласково.