Законный брак

 – Или ты тоже к лорду Кейну неравнодушна? Слыхал я, что у вас тут все по нему сохнут, неужто и ты в их числе? Вроде ж, замужняя дама. А господин Кроу знает, что ты готова ему рога наставить?

Тон дядюшки был легким, но взгляд, которым он одарил Элизабет, так живо напомнил мне того дядю Ирвина, каким он был, когда командовал «Янтарным», что я невольно улыбнулась. Мой добрый старый дядюшка… Не стерпел несправедливости, вступился.

Бет покраснела, потом побледнела и уставилась на дядю Ирвина с холодным бешенством.

– Что, защищаете свою любимицу? – процедила кузина. – А почему? Чем она лучше меня? Всю жизнь только и слышу: – «Кэри умница, Кэри красавица, ах, она такая утонченная и деликатная, и конечно же, достойна самого лучшего!» А я? Я недостойна? Почему все достается только ей?

Бет вскочила с кресла и задела рукой стоящую на столике вазу с фруктами. Та упала, хрупкое стекло треснуло, и спелые красные яблоки покатились по полу.

– Лучшие женихи, лучшие платья, лучшие украшения, – не могла остановиться Элизабет. – Все только для Кэри! А она ни капельки этого не ценит, для нее это ничего не значит! Вечно в облаках витает, вся в своей музыке.

– Бет, о чем ты говоришь?

Я растерянно смотрела на сестру. Что на нее нашло? Откуда столько злобы? И почему это я витаю в облаках? Да мне в последние годы и взгляд-то на небо поднять некогда было…

– Что, скажешь, не так? Я, между прочим, первая познакомилась с Робертом, он должен был стать моим мужем, а не твоим! – разошлась Бетси.

– Бет, остановись, – глядя на кузину, тихо сказала я. – Ты потом пожалеешь о своих словах.

А я пожалею, что их услышала.

– Неужели? Думаешь, если подцепила самого красивого мужчину Уэстена, так он вечно будет твоим? Даже не надейся! Лорд Кейн не из тех, кто готов похоронить себя в узах брака, и я еще добьюсь своего.

Бетси посмотрела на меня с такой ненавистью, что мне не по себе стало. Да, я знала, что сестра меня недолюбливает, но чтобы настолько?!

– Вон! – неожиданно послышался глухой рассерженный голос. – Пошла вон отсюда!"

"Дядюшка отбросил плед, укрывающий его ноги, и поднялся со своего кресла.

– И чтобы духу твоего тут не было, – распрямившись, отчеканил он.