Шутка

Я хватилась ключей в тот же день, как приехала из бассейна.

У Милы внутри все похолодело.

— …Я больше нигде не была. Только с тобой в ресторане. Мы обедали и отмечали удачную сделку. И я выходила губки подмазать. Пару раз, между прочим.

— Ну и что?

— А то. Это ты, мерзавец, взял ключ из моего кошелька. Ты знал и про сигнализацию, и про сейф.

— Но я не знал кода! — с отчаянием сказал Тимур.

— Людочка знала. А она, бедненькая, так тебя любила! В постельке ночью небось болтанула язычком? А?

— И ты все это сказала в милиции?!

— Конечно.

Ты знаешь, на сколько нас наказали? Хотя, конечно, знаешь. В сейфе денежки были. Много денежек. И ценные коллекционные монеты. Но не признаваться же народному избраннику в том, что денег и имущества у него на самом деле было до кражи гораздо больше, чем он может позволить себе на депутатскую зарплату? А когда я теперь получу новые бриллианты? Когда?

— Не знаю.

— Знаешь, миленький. Предлагаю сделку: я молчу, а ты берешь меня в долю. Мне до смерти надоел этот старик.

Я теперь свободы хочу.

— А зачем же ты хотела от Людочки избавиться?

— Обстоятельства, милый, обстоятельства. А они последнее время сильно изменились. Старикан-то мой долго не протянет. Как монетки его увели, так и заболел, бедняга. Но я разведенной женой быть не хочу. Вот богатой вдовой — это да. Но богатой, ты понял? Поэтому я хочу получить назад мое имущество.

— Тебе и так много достанется, — усмехнулся Тимка. — Квартира, дача, машины. И делиться ни с кем не надо. Я знаю, что было в его завещании.

До Людочкиной смерти. Одна треть — дочери. Из-за этого ты так и завелась. Делиться не захотела.

— Конечно. С кем? С этой избалованной девчонкой?

Мила даже закашлялась. Пища не в то горло попала. Она давилась несколько минут, закрыв рот салфеткой. Не дай бог привлечь их внимание! Ай да Варька, ай да мерзавка! Неужели же она хочет папу Сальникова убить?

— И как ты собираешься ему помочь отправиться на тот свет?

— Прежним способом. Вернее, с помощью того же человека.

Возникла пауза, во время которой Миле стало совсем плохо. Неужели?

— Да, милый. Именно ты должен мне помочь.

— Нет, — отрезал он. — Здесь у меня нет никакого интереса. Почему это я должен для тебя каштаны из огня таскать? Нет.

— Тогда сядешь.

— Не верю. Я этого не делал. Вы все с ума посходили.

— Да? А что-то я девочки твоей давно не вижу?

— Марины?

— Ну да. Из-за которой все и началось.

— Она думает, что это я ограбил квартиру ее родителей.

Пауза.