Шутка

— Вы когда по сторонам-то будете смотреть?

— А когда ты будешь ездить с положенной скоростью?

— Я-то как раз с положенной, — обиделся он.

Мика заметила, что в шортах и в футболке он смотрится гораздо лучше. Самые обычные шорты, на средиземноморских пляжах и миллионеры в таких ходят. Вообще, лето как-то сглаживает социальное неравенство. Все одинаково голые, всем жарко. А он определенно ничего. Не красавец, конечно, но в лице что-то… Милый. Она немного успокоилась:

— Ладно, проехали. До свидания.

— Может, вам сумки помочь донести?

— Куда? До дома? — усмехнулась она.

— Могу и до дома.

— Слушай, а ты почему не на работе?

— На работе.

— Что, опять на фирме юбилей? За харчами послали?

— Просто повариха попросила заехать в магазин. У нее макароны кончились.

— А ты им всем шофер?

— Я экспедитор.

— Кто?

— Экспе…

— Мать моя женщина! Чучело ты лохматое! Если ты экспедитор, то тебе не обязательно всяким там поварихам макароны возить! Это ее проблемы. И она за это деньги получает.

— А вы злая.

— А ты добрый, да?

— Обычный.

Мика фыркнула. Каждый сам за себя, а он против всех, что ли? Последний порядочный человек на этой планете, вид почти вымерший.

— Послушайте, — вдруг улыбнулся он. — А я вас нарочно, это… Чуть не придавил.

— Что?!

— Ну, познакомиться хотел. Гляжу — девушка знакомая. Дай, думаю, посигналю.

— Как же познакомиться, если знакомая?

— Э-э-э…

— Что «э»? Слов нет?

— Просто стесняюсь. А я вас еще тогда запомнил.

— Почему?

— Вас жених бросил, да? Или что похуже?

— Или что.

— Так как насчет сумок? Донести?

Она задумалась. И вдруг услышала:

— Меня Глебом зовут.

— Что ж… Хоть Мефодием.

— А вас?

— Я пойду, пожалуй, — уклонилась от ответа Мика. — А ты, Глебушка, вези поварихе свои макароны. Вези.

Она уходила, ни разу не оглянувшись, и почему-то хотела, чтобы этот Глебушка пошел за ней следом. Не пошел. Какой-то ненавязчивый нахал. Послушный. Черт, все мысли ей перепутал со своими макаронами! Удивительно милый парень. Вот Тимка — тот красавец.

Конечно, она нашла решение. На этот раз более рискованное. Но что там насчет шампанского? Кто не хочет его, тот не пьет, а кто хочет, обязательно должен рисковать. Мика теперь очень хотела шампанского. Она долго тосковала по нему, как и по прежней беззаботной жизни. Если нельзя больше за так, то пусть будет за риск.